Когда казаку исполнялось семь лет, его во второй раз стригли наголо. Бритоголовым он торжественно шел к первой в своей жизни исповеди. Тогда же его переселяли в мужскую половину дома, где с этого момента он спал в комнате со старшими братьями или дедом, на жесткой постели. Мать больше не имела права его наказывать, воспитанием будущего воина занимались теперь только мужчины.
С трех-пяти лет казачат начинали обучать верховой езде и рукопашному бою, с семи лет учили стрелять, а с десяти – рубить шашкой. Первоначальные боевые навыки прививали мальчикам отцы и крестные, затем – самые опытные представители казаков, нередко даже атаманы, ведь воспитание в будущих воинах ловкости и силы признавалось крайне важным всеобщим делом.
Когда казаку исполнялось семь лет, его во второй раз стригли наголо. Бритоголовым он торжественно шел к первой в своей жизни исповеди. Тогда же его переселяли в мужскую половину дома, где с этого момента он спал в комнате со старшими братьями или дедом, на жесткой постели. Мать больше не имела права его наказывать, воспитанием будущего воина занимались теперь только мужчины.
С трех-пяти лет казачат начинали обучать верховой езде и рукопашному бою, с семи лет учили стрелять, а с десяти – рубить шашкой. Первоначальные боевые навыки прививали мальчикам отцы и крестные, затем – самые опытные представители казаков, нередко даже атаманы, ведь воспитание в будущих воинах ловкости и силы признавалось крайне важным всеобщим делом.