В самом начале 18 века на краю государства, на земле, которая была только что отвоёвана у шведов начали строить город. Для новой жизни, для утверждения новых порядков и обычаев нужно было новое искусство. Приходилось переучивать старых художников или искать других. Например, старые русские архитекторы умели строить пока только церкви и боярские сводчатые палаты, а Петру нужны были большие залы для ассамблей, праздников, балов и пиршеств, с колоннами на европейский манер. Русские живописцы писали только иконы, а нужны были и торжественные баталии, прославляющие военные победы, и портреты царя и его приближённых. Русские граверы умели делать иллюстрации к церковным книгам, а нужны были виды строящегося Петербурга, изображения побед на суше и на море, гравюры к учебникам архитектуры, морского и артиллерийского дела. Всё это не было, конечно, прихотью царя. Русская культура должны были высвободиться наконец из-под власти церкви, догнать наконец ушедшие вперёд европейские страны. Поэтому и пригласи- ли из Европы в Россию архитекторов, живописцев, граверов, скульпторов, а к искусству русские молодые люди отдавались им в ученики. Но так как ехать в далёкую Москву, почти незнакомую тогдашней Европе, соглаша- лись далеко не лучшие художники, то наиболее из русских учеников быстро обгоняли своих учителей. До 18 века развитию скульптуры в России мешали церковные запреты. Более всего была распространена плоская резьба по камню и дереву. Пётр пригласил в Россию скульпторов, ему посчастливилось привлечь одного действительно крупного мастера – итальянца Карло Бартоломео Растрелли. Гораздо скромнее эффектных скульптурных компазиций Карло Растрелли были произведения живописца Алексея Петровича Антропова
самом
начале
18
века
на
краю
государства,
на
земле,
которая была только что отвоёвана у
шведов начали строить город. Для новой
жизни, для утверждения новых порядков
и обычаев нужно было новое искусство.
Приходилось переучивать старых
художников или искать других. Например,
старые русские архитекторы умели
строить пока только церкви и боярские
сводчатые палаты, а Петру нужны были
большие залы для ассамблей, праздников,
балов и пиршеств, с колоннами на
европейский манер. Русские живописцы
писали только иконы, а нужны были и
торжественные баталии, прославляющие
военные победы, и портреты царя и его
приближённых. Русские граверы умели
делать иллюстрации к церковным книгам,
а нужны были виды строящегося
Петербурга, изображения побед на суше и
на море, гравюры к учебникам
архитектуры, морского и артиллерийского
дела.
Всё это не было, конечно, прихотью царя.
Русская культура должны были
высвободиться наконец из-под власти
церкви, догнать наконец ушедшие вперёд
европейские страны. Поэтому и пригласи-
ли из Европы в Россию архитекторов,
живописцев, граверов, скульпторов, а
к искусству русские молодые
люди отдавались им в ученики. Но так
как ехать в далёкую Москву, почти
незнакомую тогдашней Европе, соглаша-
лись далеко не лучшие художники, то
наиболее из русских учеников
быстро обгоняли своих учителей.
До 18 века развитию скульптуры в России
мешали церковные запреты. Более всего
была распространена плоская резьба по
камню и дереву. Пётр пригласил в Россию
скульпторов, ему посчастливилось
привлечь одного действительно крупного
мастера – итальянца Карло Бартоломео
Растрелли.
Гораздо скромнее эффектных
скульптурных компазиций Карло
Растрелли были произведения живописца
Алексея Петровича Антропова