Последнее особенно актуально, так как «мононациональность», под которой в российском конституционном праве понимается моноэтничность, позволяет перераспределять ресурсы, федеральные функции и даже имущественные привилегии в пользу представителей этнического большинства. При этом сторонников мононациональности особо не смущает формулировка про «многонациональный народ» в Конституции, так как эту строку, так или иначе, националисты планируют менять, придя к власти.
Исследователи и публицисты при описании Российской Федерации ссылаются на международное право, согласно которому государство является мононациональным, если этническое большинство страны составляет 2/3 совокупного населения (по другой версии 75%). В качестве источника этого международного права обычно приводится некая документация ЮНЕСКО (либо ООН в целом), однако ООН никогда не принимал конвенций, содержащих такое определение. Оно также не фигурирует ни в резолюциях, ни в декларациях, ни во внутренних документах. Во многом это связано с тем, что моно- и мультинациональность являются эмоциональными оценками и никоим образом не влияют на характер и объем коллективных прав разных этнических групп в рамках одной гражданской нации, представленной государством-членом ООН.
Между тем, попытки определить моно- и мультинациональность были. Можно привести пример Европейской рамочной конвенции о защите прав национальных меньшинств, где по одному из проектов было разделение государств на мононациональные и мультинациональные. Такой проект был отклонен Советом Европы на стадии согласования ввиду того, что его лоббировали представители откровенно сепаратистских регионов. Эти силы были явно в меньшинстве и не имели в Совете Европы своего прямого представительства, если не считать Конгресс местных и региональных властей Европы, который являлся по существу совещательным органом. Вот почему сепаратисты так и не сумели напрямую повлиять на принятие своего проекта конвенции.
Исследователи и публицисты при описании Российской Федерации ссылаются на международное право, согласно которому государство является мононациональным, если этническое большинство страны составляет 2/3 совокупного населения (по другой версии 75%). В качестве источника этого международного права обычно приводится некая документация ЮНЕСКО (либо ООН в целом), однако ООН никогда не принимал конвенций, содержащих такое определение. Оно также не фигурирует ни в резолюциях, ни в декларациях, ни во внутренних документах. Во многом это связано с тем, что моно- и мультинациональность являются эмоциональными оценками и никоим образом не влияют на характер и объем коллективных прав разных этнических групп в рамках одной гражданской нации, представленной государством-членом ООН.
Между тем, попытки определить моно- и мультинациональность были. Можно привести пример Европейской рамочной конвенции о защите прав национальных меньшинств, где по одному из проектов было разделение государств на мононациональные и мультинациональные. Такой проект был отклонен Советом Европы на стадии согласования ввиду того, что его лоббировали представители откровенно сепаратистских регионов. Эти силы были явно в меньшинстве и не имели в Совете Европы своего прямого представительства, если не считать Конгресс местных и региональных властей Европы, который являлся по существу совещательным органом. Вот почему сепаратисты так и не сумели напрямую повлиять на принятие своего проекта конвенции.