Антон Чехов вступил в литературу как человек, отрицающий литературу. С первых шагов в русской юмористике он зачеркнул традиционную фабулу, осмеял беллетристические клише («Что чаще всего встречается в романах, повестях и т.п.?» — «Стрекоза», 1880, № 10). Этот московский студент зубоскалил над писателями, словно считая себя членом иной корпорации и занимая позицию «вне литературы». Смех его ранних пародий был задорным и бесшабашным, он не щадил ни Гоголя («Смерть чиновника»), ни Жюля Верна («Летающие острова»)((Удачи тебе!))
Антон Чехов вступил в литературу как человек, отрицающий литературу. С первых шагов в русской юмористике он зачеркнул традиционную фабулу, осмеял беллетристические клише («Что чаще всего встречается в романах, повестях и т.п.?» — «Стрекоза», 1880, № 10). Этот московский студент зубоскалил над писателями, словно считая себя членом иной корпорации и занимая позицию «вне литературы». Смех его ранних пародий был задорным и бесшабашным, он не щадил ни Гоголя («Смерть чиновника»), ни Жюля Верна («Летающие острова»)((Удачи тебе!))