Долг и честь Петруши вырастают из подлинной человечности, из чувства ответственности за близких. Так, например, он не может бросить в плену у пугачевцев отставшего на плохой лошади Савельича. В истинно нравственном отношении к людям нет мелочей и второстепенного. Честно признавшись Пугачеву, что его невеста — дочь капитана Миронова, Гринев говорит: «Жизнию моей рад бы я заплатить тебе за то, что ты для меня сделал. Только не требуй того, что противно чести моей и христианской совести».. . Когда Маша освобождена и, казалось бы, можно было наслаждаться счастьем, Петруша отправляет девушку к своим родителям, а сам вступает в отряд Зурина, не забыв о воинском долге перед Родиной.
Все поведение Петруши — поведение сильного и цельного человека, пусть и очень молодого. В его отношении к людям и к своим обязанностям нет ни капли эгоизма. И снова антитезой образу Гринева предстает пред нами Швабрин, живущий по принципу: «Если не мне, так и никому» . Именно он, понимая, что Маша ускользает из его рук, выдает ее Пугачеву, без зазрения совести и всякого сочувствия ставя под угрозу жизнь девушки. После подавления восстания Пугачева, оказавшись обвиненным как изменник, Швабрин клевещет на Гринева. И снова Петруша делает нравственный и чисто человеческий выбор, решаясь не называть имя Маши Мироновой, потому что сама «мысль впутать ее имя между гнусными наветами злодеев и ее самую привести на очную с ними ставку» кажется ему невыносимой.
Таков же и отец Петруши: его страшит не казнь сына, а бесчестие: «Пращур мой умер на лобном месте, отстаивая то, что почитал святынею своей совести; отец мой пострадал вместе с Волынским и Хрущевым. Но дворянину изменить своей присяге, соединиться с разбойниками, с убийцами, с беглыми холопьями!. . Стыд и срам нашему роду!.. »
У Петруши выбор еще сложнее — между своим бесчестием, вернее, честью, которую он не может защитить, не пожертвовав честью любимой девушки. Если б Гринев-старший знал истинные причины, помешавшие Петруше сказать что-либо в свое оправдание, он бы понял сына. Потому что понятие чести и долга у них одно — семейное, выстраданное.
Долг и честь Петруши вырастают из подлинной человечности, из чувства ответственности за близких. Так, например, он не может бросить в плену у пугачевцев отставшего на плохой лошади Савельича. В истинно нравственном отношении к людям нет мелочей и второстепенного. Честно признавшись Пугачеву, что его невеста — дочь капитана Миронова, Гринев говорит: «Жизнию моей рад бы я заплатить тебе за то, что ты для меня сделал. Только не требуй того, что противно чести моей и христианской совести».. . Когда Маша освобождена и, казалось бы, можно было наслаждаться счастьем, Петруша отправляет девушку к своим родителям, а сам вступает в отряд Зурина, не забыв о воинском долге перед Родиной.
Все поведение Петруши — поведение сильного и цельного человека, пусть и очень молодого. В его отношении к людям и к своим обязанностям нет ни капли эгоизма. И снова антитезой образу Гринева предстает пред нами Швабрин, живущий по принципу: «Если не мне, так и никому» . Именно он, понимая, что Маша ускользает из его рук, выдает ее Пугачеву, без зазрения совести и всякого сочувствия ставя под угрозу жизнь девушки. После подавления восстания Пугачева, оказавшись обвиненным как изменник, Швабрин клевещет на Гринева. И снова Петруша делает нравственный и чисто человеческий выбор, решаясь не называть имя Маши Мироновой, потому что сама «мысль впутать ее имя между гнусными наветами злодеев и ее самую привести на очную с ними ставку» кажется ему невыносимой.
Таков же и отец Петруши: его страшит не казнь сына, а бесчестие: «Пращур мой умер на лобном месте, отстаивая то, что почитал святынею своей совести; отец мой пострадал вместе с Волынским и Хрущевым. Но дворянину изменить своей присяге, соединиться с разбойниками, с убийцами, с беглыми холопьями!. . Стыд и срам нашему роду!.. »
У Петруши выбор еще сложнее — между своим бесчестием, вернее, честью, которую он не может защитить, не пожертвовав честью любимой девушки. Если б Гринев-старший знал истинные причины, помешавшие Петруше сказать что-либо в свое оправдание, он бы понял сына. Потому что понятие чести и долга у них одно — семейное, выстраданное.