.Фантасмагория городского пейзажа — одна из ключевых тенденций лирики Маяковского. Его герой, одинокий бунтарь, чувствителен к диссонансам «адища города». Трагическое мироощущение изломанной души рождает странные, зачастую противоречивые образы: раненое солнце с вытекающим глазом, «дряблая» и всеми забытая луна, ветер, который вырывает у трубы «дымчатой шерсти клок». Традиционные олицетворения и метафоры выглядят свежо, необычно, удивительно: водная гладь уподобляется простыням, а лодки — детенышам, прижавшимся к «сосцам железных матерей».Картина пейзажа, словно перенесенная из ранних творений поэта, изображена в произведении 1920 г. В основе причудливой зарисовки лежат три образа: порывистый ветер, капли дождя, взошедшая луна. Описанию каждой из деталей автор отводит по два двустишия.
О силе ветра сообщают два ярких эпитета: «отчаянный» и «нечеловече». Оба примера представляют собой олицетворения, причем второй из них — неологизм. Это наречие образа действия, образованное от прилагательного «нечеловеческий». О безрезультатности порывов ветра свидетельствует лексема «тщетно», открывающая произведение.
Атмосфера загадочного и зловещего нагнетается в изображении второго образа. Дождь, монотонно стучащий по «крышам кровель», в восприятии лирического субъекта превращается в капли крови. Тревожные интонации поддерживаются звукописью с опорой на «кр».
Мрачный пейзаж завершает луна, которая ассоциируется с женским образом. Подобный прием не нов для поэтики Маяковского: герой ранних творений рекомендовал ночное светило как собственную жену и «любовницу рыжеволосую». На этот раз луна предстает в роли вдовы, и ее горестное положение подчеркнуто дважды. Как в случае с образом ветра, для обозначения природного объекта поэт выбирает лексему, характеризующую мир человеческих отношений, и неологизм: «овдовевшая» и «одиночить». Последний является глаголом, образованным от прилагательного «одинокий».
Мощный, «нечеловеческий» натиск ветра, кровавый дождь и луна-вдовица — пейзажные доминанты воспринимаются в соотношении с заглавием произведения, отображающим негативные переживания человека. При всей оригинальности формы особенности идейного содержания «Горя» трактуются в рамках классических традиций. Природная зарисовка, исполненная сумрачных безнадежных интонаций, отображает внутреннее состояние героя.
О силе ветра сообщают два ярких эпитета: «отчаянный» и «нечеловече». Оба примера представляют собой олицетворения, причем второй из них — неологизм. Это наречие образа действия, образованное от прилагательного «нечеловеческий». О безрезультатности порывов ветра свидетельствует лексема «тщетно», открывающая произведение.
Атмосфера загадочного и зловещего нагнетается в изображении второго образа. Дождь, монотонно стучащий по «крышам кровель», в восприятии лирического субъекта превращается в капли крови. Тревожные интонации поддерживаются звукописью с опорой на «кр».
Мрачный пейзаж завершает луна, которая ассоциируется с женским образом. Подобный прием не нов для поэтики Маяковского: герой ранних творений рекомендовал ночное светило как собственную жену и «любовницу рыжеволосую». На этот раз луна предстает в роли вдовы, и ее горестное положение подчеркнуто дважды. Как в случае с образом ветра, для обозначения природного объекта поэт выбирает лексему, характеризующую мир человеческих отношений, и неологизм: «овдовевшая» и «одиночить». Последний является глаголом, образованным от прилагательного «одинокий».
Мощный, «нечеловеческий» натиск ветра, кровавый дождь и луна-вдовица — пейзажные доминанты воспринимаются в соотношении с заглавием произведения, отображающим негативные переживания человека. При всей оригинальности формы особенности идейного содержания «Горя» трактуются в рамках классических традиций. Природная зарисовка, исполненная сумрачных безнадежных интонаций, отображает внутреннее состояние героя.