Кузька был очень жадным и хитрым. Он украл перышки бабки Лукерьи у Ильи, затем чтобы самому обогатиться. Еще он хотел обманом добыть клад Синюшки. Он следил за Ильей, искал клад на тех местах, где бывал Илья на Зюзельском болоте. Но клад не дается тому, кто не чист помыслами и сердцем. Поэтому бабка Синюшка и не открыла клада Кузьке Двоерылко. Ведь Двоерылко значит, что у Кузьки было два лица. Одно - заискивающее перед хозяевами и теми, у кого Кузька хотел что-то узнать для своей выгоды. И второе - злое и жадное до богатства. Вот каким был Кузька. У читателей он не вызывает жалости, а только презрение.
Илья возрастной парень был, давно в женихах считался. На прииске-то он годов шесть либо семь робил. Тогда ведь при крепости-то с малолетства людей на работу загоняли. До женитьбы иной, глядишь, больше десятка годов уж на барина отхлещет. И этот Илья, прямо сказать, вырос на прииске.
Кузька был очень жадным и хитрым. Он украл перышки бабки Лукерьи у Ильи, затем чтобы самому обогатиться. Еще он хотел обманом добыть клад Синюшки. Он следил за Ильей, искал клад на тех местах, где бывал Илья на Зюзельском болоте. Но клад не дается тому, кто не чист помыслами и сердцем. Поэтому бабка Синюшка и не открыла клада Кузьке Двоерылко. Ведь Двоерылко значит, что у Кузьки было два лица. Одно - заискивающее перед хозяевами и теми, у кого Кузька хотел что-то узнать для своей выгоды. И второе - злое и жадное до богатства. Вот каким был Кузька. У читателей он не вызывает жалости, а только презрение.
Илья возрастной парень был, давно в женихах считался. На прииске-то он годов шесть либо семь робил. Тогда ведь при крепости-то с малолетства людей на работу загоняли. До женитьбы иной, глядишь, больше десятка годов уж на барина отхлещет. И этот Илья, прямо сказать, вырос на прииске.