В Варшаве Янкель с других пронырливых жидов узнал, что Остап сидит в городской темнице. Попытка вызволить его оттуда или хотя бы добиться за деньги свидания с ним не удалась. Бульба вскоре узнал, что на следующий день Остапа и других казаков казнят на городской площади в присутствии огромной толпы.
Тарас пожелал пойти на место казни. Остапа подвели к палачу первым. Он с непоколебимым мужеством выносил ужасные муки. «Добре, сынку, добре!» – с замиранием сердца говорил про себя Бульба, глядя на это. Перед самой смертью, в ужасных страданиях Остап воскликнул: «Батько! Слышишь ли ты?»
«Слышу!» – раздалось ему в ответ среди всеобщей тишины. Польские стражники бросились искать Тараса, но он уже ускользнул.
Тарас пожелал пойти на место казни. Остапа подвели к палачу первым. Он с непоколебимым мужеством выносил ужасные муки. «Добре, сынку, добре!» – с замиранием сердца говорил про себя Бульба, глядя на это. Перед самой смертью, в ужасных страданиях Остап воскликнул: «Батько! Слышишь ли ты?»
«Слышу!» – раздалось ему в ответ среди всеобщей тишины. Польские стражники бросились искать Тараса, но он уже ускользнул.