По версии Пушкина, Борис Годунов устраивает убийство царевича Дмитрия (сына Ивана Грозного), чтобы вместо него взойти на престол. По мнению историков, причастность Годунова к этому убийство не доказана. Однако в работе с драмой Пушкина мы отталкиваемся от пушкинской трактовки событий: "И в ужасе под топором злодеи Покаялись – и назвали Бориса." (сообщники Бориса Годунова признались в том, что тот организовал убийство)
Борис Годунов – неробкий, смелый человек, по мнению Шуйского:
«Перешагнет; Борис не так‑то робок!
Какая честь для нас, для всей Руси!»
«Он смел, вот всё – а мы…»
Годунов – умный человек, по мнению его соратника Афанасия Михайловича Пушкина (это вымышленное лицо, не путать с автором):
«Такой грозе, что вряд царю Борису
Сдержать венец на умной голове.»
Борис Годунов – бесстыдный, лицемерный человек, по мнению князя Шуйского. Борис делает вид, что не причастен к смерти царевича Дмитрия, тогда как именно он виновен в этом преступлении:
«Он, признаюсь, тогда меня смутил
Спокойствием, бесстыдностью нежданной,
Он мне в глаза смотрел, как будто правый:
Расспрашивал, в подробности входил –
И перед ним я повторил нелепость,
Которую мне сам он нашептал.» (Шуйский о лицемерии Бориса Годунова)
Борис Годунов является "палачом в душе", по словам князя Шуйского:
«Зять палача и сам в душе палач,
Возьмет венец и бармы Мономаха…» (Шуйский о Годунове)
"И в ужасе под топором злодеи
Покаялись – и назвали Бориса." (сообщники Бориса Годунова признались в том, что тот организовал убийство)
Борис Годунов – неробкий, смелый человек, по мнению Шуйского:
«Перешагнет; Борис не так‑то робок!
Какая честь для нас, для всей Руси!»
«Он смел, вот всё – а мы…»
Годунов – умный человек, по мнению его соратника Афанасия Михайловича Пушкина (это вымышленное лицо, не путать с автором):
«Такой грозе, что вряд царю Борису
Сдержать венец на умной голове.»
Борис Годунов – бесстыдный, лицемерный человек, по мнению князя Шуйского. Борис делает вид, что не причастен к смерти царевича Дмитрия, тогда как именно он виновен в этом преступлении:
«Он, признаюсь, тогда меня смутил
Спокойствием, бесстыдностью нежданной,
Он мне в глаза смотрел, как будто правый:
Расспрашивал, в подробности входил –
И перед ним я повторил нелепость,
Которую мне сам он нашептал.» (Шуйский о лицемерии Бориса Годунова)
Борис Годунов является "палачом в душе", по словам князя Шуйского:
«Зять палача и сам в душе палач,
Возьмет венец и бармы Мономаха…» (Шуйский о Годунове)