Василию Андреевичу Жуковскому суждено было стать не только ярчайшим представителем мирового романтизма, но и основоположником русской . Жанр, распространённый в европейской литературе, поэт обогатил национальными чертами, наполнил новыми неподражаемыми образами-символами. Чтобы убедиться в этом, достаточно перечитать «Светлана».
Сюжет произведения, заимствованный у немецкого романтика Г. Бюргера, казалось бы, незамысловат. Героиня, ожидающая жениха, гадает с подругами в «крещенский вечерок» — ей снится страшный сон, и, в конце концов, девушка просыпается. Но обратите внимание, насколько удачно автор подбирает средства художественной изобразительности, продумывая каждую деталь. Немалую роль в играют символические образы животных и природы.
Действие произведения начинается с гадания, которое, как известно, считается грехом. Садясь к зеркалу, Светлана уже ощущает напряжение, ей «страх туманит очи». Обстановка сна, в который она потом погружается, тоже не предвещает ничего хорошего: «На луне туманный круг… Снег валит клоками».
Ключевым предвестником страшной трагедии становится мрачный образ «черного врана», вьющегося над санями Светланы: «Ворон каркает: печаль!» Я как читатель сочувствую героине — хочется ей или просто поддержать, ведь атмосфера сна с каждой строкой становится всё более жуткой…
Но вот Светлана, девушка светлая и чистая, понимает, что совершила грех, и «в дверь с молитвою стучит». «Вера в провиденье», по мысли Жуковского, должна стать ключом к героини.
Василию Андреевичу Жуковскому суждено было стать не только ярчайшим представителем мирового романтизма, но и основоположником русской . Жанр, распространённый в европейской литературе, поэт обогатил национальными чертами, наполнил новыми неподражаемыми образами-символами. Чтобы убедиться в этом, достаточно перечитать «Светлана».
Сюжет произведения, заимствованный у немецкого романтика Г. Бюргера, казалось бы, незамысловат. Героиня, ожидающая жениха, гадает с подругами в «крещенский вечерок» — ей снится страшный сон, и, в конце концов, девушка просыпается. Но обратите внимание, насколько удачно автор подбирает средства художественной изобразительности, продумывая каждую деталь. Немалую роль в играют символические образы животных и природы.
Действие произведения начинается с гадания, которое, как известно, считается грехом. Садясь к зеркалу, Светлана уже ощущает напряжение, ей «страх туманит очи». Обстановка сна, в который она потом погружается, тоже не предвещает ничего хорошего: «На луне туманный круг… Снег валит клоками».
Ключевым предвестником страшной трагедии становится мрачный образ «черного врана», вьющегося над санями Светланы: «Ворон каркает: печаль!» Я как читатель сочувствую героине — хочется ей или просто поддержать, ведь атмосфера сна с каждой строкой становится всё более жуткой…
Но вот Светлана, девушка светлая и чистая, понимает, что совершила грех, и «в дверь с молитвою стучит». «Вера в провиденье», по мысли Жуковского, должна стать ключом к героини.