«Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева (см. его полный текст) появилось в свет в 1790 году. В этом сочинении автор отметил страшное противоречие между идеалами «освободительной философии» и русской действительностью.
Александр Радищев. Видеофильм
Несомненно, что в решении обнародовать эту боевую книгу и тщеславие автора сыграло немалую роль, – XVIII век был эпохой, когда одно остроумно сказанное слово облетало иногда весь культурный мир, оригинально поставленный вопрос и удачный ответ сразу выдвигали новые знаменитости. Слава вожаков европейской мысли зиждилась, главным образом, на таких смелых и красивых словесных «сальто-мортале» на удивлении всего просвещенного мира. (См. также Философия Радищева и Идеи Радищева.)
Для Екатерины II книга Радищева была жестоким ударом: она про себя признала уже неудачу всех своих первоначальных намерений реформировать Россию (см. «Наказ» Екатерины II и Уложенная комиссия); об этом даже свидетельствует её переписка. Но признать перед русской публикой этой неудачи она не хотела. Между тем, для многих русских людей, ослепленных «Фелицей» (так, следуя Державину, многие называли императрицу), вина за все несовершенства нового строя не ложилась еще на Екатерину, а только на её
«Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева (см. его полный текст) появилось в свет в 1790 году. В этом сочинении автор отметил страшное противоречие между идеалами «освободительной философии» и русской действительностью.
Александр Радищев. Видеофильм
Несомненно, что в решении обнародовать эту боевую книгу и тщеславие автора сыграло немалую роль, – XVIII век был эпохой, когда одно остроумно сказанное слово облетало иногда весь культурный мир, оригинально поставленный вопрос и удачный ответ сразу выдвигали новые знаменитости. Слава вожаков европейской мысли зиждилась, главным образом, на таких смелых и красивых словесных «сальто-мортале» на удивлении всего просвещенного мира. (См. также Философия Радищева и Идеи Радищева.)
Для Екатерины II книга Радищева была жестоким ударом: она про себя признала уже неудачу всех своих первоначальных намерений реформировать Россию (см. «Наказ» Екатерины II и Уложенная комиссия); об этом даже свидетельствует её переписка. Но признать перед русской публикой этой неудачи она не хотела. Между тем, для многих русских людей, ослепленных «Фелицей» (так, следуя Державину, многие называли императрицу), вина за все несовершенства нового строя не ложилась еще на Екатерину, а только на её