Я думаю что после того как Юрий Агазаров четырнадцатилетний тапер сел в сани к великому маэстро Александру Ивановичу Рубинштейну разговор у них конечно был о музыке. Сначала маэстро спросил о семье мальчика, где и с кем он живет. Мальчик робко и несмело отвечал, но при этом был абсолютно честен перед этим пожилым господином, потому что понимал важность вопроса. А когда речь зашла о музыке мальчик и сам не заметил как рескрепостился и начал рассказывать взахлеб как мама учила его нотной грамоте. Он видел как этот человек с таким интересом его слушает и распалялся еще больше. Рубинштейну так понравился этот мальчуган, его живость, искренность, светящиеся глаза, когда он говорит о музыке, и в первую очередь то как он играет, что он предложил быть его учеником. Как же был счастлив Юра что ему выпал такой шанс в жизни, что еще долго не мог уснуть у себя в кроватке снова и снова возвращаясь к событиям дня.
Сначала маэстро спросил о семье мальчика, где и с кем он живет. Мальчик робко и несмело отвечал, но при этом был абсолютно честен перед этим пожилым господином, потому что понимал важность вопроса. А когда речь зашла о музыке мальчик и сам не заметил как рескрепостился и начал рассказывать взахлеб как мама учила его нотной грамоте. Он видел как этот человек с таким интересом его слушает и распалялся еще больше. Рубинштейну так понравился этот мальчуган, его живость, искренность, светящиеся глаза, когда он говорит о музыке, и в первую очередь то как он играет, что он предложил быть его учеником. Как же был счастлив Юра что ему выпал такой шанс в жизни, что еще долго не мог уснуть у себя в кроватке снова и снова возвращаясь к событиям дня.