Прелесть и очарование песен косцов были в том, что песни эти были не сами по себе: они «были связаны со всем, что видели, чувствовали и мы, и они, эти рязанские косцы». Бунин называет это чувством «кровного родства» человека с природой, родиной, друг с другом.
