Залуский Ян Кшиштоф — главный герой. Калека, у которого от рождения нет рук; у него большая голова, бледное лицо «с подвижными острыми чертами и большими, проницательными бегающими глазами» . «Туловище было совсем маленькое, плечи узкие, груди и живота не было видно из-под широкой, с сильной проседью бороды» . Ноги «длинные и тонкие» , с их феномен» , как его называет сопровождающий, «долгоусый» субъект, снимает с головы картуз, расчесывает гребенкой бороду, крестится и наконец пишет на белом листке «ровную красивую строчку» : «Человек создан для счастья, как птица для полета» . Эта фраза действительно стала, как ее и называет 3., афоризмом, причем особенно расхожим в советское время. Но это, подчеркивал 3., не только афоризм, но и «парадокс» . «Человек создан для счастья, только счастье не всегда создано для него» , — говорит он позднее. Короленко, не раз показывавший болезни и человеческие увечья (вплоть до повести «Без языка» , где положение человека в чужой стране придает понятию немоты философское звучание) , подчеркивает парадокс 3. не только для более острого изображения взаимоотношений между людьми (растерянное высокомерие доктора Дударова и достоинство 3.) и не из педагогических целей, но ради утверждения центральной идеи всего своего творчества: «Жизнь.. . кажется мне проявлением общего великого закона, главные основные черты которо- го — добро и счастье. ..Общий закон жизни есть стремление к счастию и все более широкое его осуществление» . Именно врожденное несчастье ему выразить эту свою заветную мысль с особой убедительностью.
рождения нет рук; у него большая голова, бледное лицо «с подвижными
острыми чертами и большими, проницательными бегающими глазами» .
«Туловище было совсем маленькое, плечи узкие, груди и живота не
было видно из-под широкой, с сильной проседью бороды» . Ноги
«длинные и тонкие» , с их феномен» , как его называет
сопровождающий, «долгоусый» субъект, снимает с головы картуз,
расчесывает гребенкой бороду, крестится и наконец пишет на белом
листке «ровную красивую строчку» : «Человек создан для счастья, как
птица для полета» .
Эта фраза действительно стала, как ее и называет 3., афоризмом,
причем особенно расхожим в советское время. Но это, подчеркивал 3.,
не только афоризм, но и «парадокс» . «Человек создан для счастья,
только счастье не всегда создано для него» , — говорит он позднее.
Короленко, не раз показывавший болезни и человеческие увечья
(вплоть до повести «Без языка» , где положение человека в чужой стране
придает понятию немоты философское звучание) , подчеркивает
парадокс 3. не только для более острого изображения взаимоотношений
между людьми (растерянное высокомерие доктора Дударова и
достоинство 3.) и не из педагогических целей, но ради утверждения
центральной идеи всего своего творчества: «Жизнь.. . кажется мне
проявлением общего великого закона, главные основные черты которо-
го — добро и счастье. ..Общий закон жизни есть стремление к счастию
и все более широкое его осуществление» . Именно врожденное
несчастье ему выразить эту свою заветную
мысль с особой убедительностью.