Представляет собою свободное и личное толкование «дон кихота», сочинитель притязает открыть не тот смысл, который вложил в свой роман сервантес, а тот, который вкладывает в роман он сам, и сочинение мое — отнюдь не высокоученое исследование. думаю, излишне повторять, что я чувствую себя не столько сервантистом, сколько кихотистом, и притязаю на то, чтобы высвободить «дон кихота» из‑под власти самого сервантеса, порою своевольничая настолько, что не соглашаюсь с тем, как понимает и трактует сервантес своих героев, в особенности санчо. санчо попросту навязывал сервантесу свой образ. ведь, по моему убеждению, вымышленные персонажи живут в сознании автора, их измыслившего, собственной жизнью, наделены некоторой независимостью и следуют законам внутренней логики, которую не всегда осознает даже сам их создатель. а кто пожелает дополнительных разъяснений по этому поводу и не убоится утверждения, что мы можем понять дон кихота и санчо лучше, чем сервантес, который их сотворил, а вернее сказать, извлек на свет божий из духовной сущности своего народа, тот пусть обратится к очерку, упомянутому мною вначале. саламанка, январь 1913 г.
