Василий Григорьевич Перов – знаменитый русский художник. Его кисти принадлежат такие знаменитые картины, как «Тройка», «Проводы покойника», «Чаепитие в Мытищах». Не менее знаменито его полотно «Охотники на привале».
Центральную часть картины занимают три охотника, расположившиеся на отдых после удачной охоты. Лежащие рядом заяц и утки наглядно говорят о том, что охота удалась. Да и лица героев картины выражают удовлетворение. Позы охотников, их внешний вид о многом говорят зрителям.
Охотник слева, который увлеченно что-то рассказывает, из дворянского сословия. Он хорошо одет, ухожен. Он так эмоционально рассказывает охотничьи байки: его глаза широко раскрыты, руки показывают, что зверь вот-вот готов накинуться на него. Весь его облик говорит: «Медведь поднялся на задние лапы. Идет на меня. Вот-вот вцепится своими когтистыми лапами». Скорее всего, его рассказ – чистой воды выдумка.
Второй охотник, также дворянин , похоже, еще новичок в этом деле. Он настолько захвачен рассказом бывалого напарника, что ничего не замечает вокруг. Его рука с папиросой замерла на полпути, он не шелохнется. Молодой человек верит каждому слову рассказчика. Такое впечатление, что он сейчас воскликнет: «О, господи, страсти какие!».
И лишь третий охотник с недоверием относится к рассказу. Бывалому охотнику, простому крестьянскому мужику, понятно, что барин приврал, да уж больно много. Ему забавно слышать враки образованного человека. Крестьянин-охотник смеется над легковерностью своего молодого напарника. Его улыбка говорит: «Ох, и врать ты, братец, горазд! А ты-то всему веришь!»
И лишь окружающая охотников природа не разделяет беззаботности и довольства охотников. В небе тревожно кружат птицы, надвигаются мрачные тучи. Ветки кустарника вокруг замерли в каком-то тревожном ожидании. Но довольные охотой и увлеченные рассказом мужчины не замечают этого напряжения.
Центральную часть картины занимают три охотника, расположившиеся на отдых после удачной охоты. Лежащие рядом заяц и утки наглядно говорят о том, что охота удалась. Да и лица героев картины выражают удовлетворение. Позы охотников, их внешний вид о многом говорят зрителям.
Охотник слева, который увлеченно что-то рассказывает, из дворянского сословия. Он хорошо одет, ухожен. Он так эмоционально рассказывает охотничьи байки: его глаза широко раскрыты, руки показывают, что зверь вот-вот готов накинуться на него. Весь его облик говорит: «Медведь поднялся на задние лапы. Идет на меня. Вот-вот вцепится своими когтистыми лапами». Скорее всего, его рассказ – чистой воды выдумка.
Второй охотник, также дворянин , похоже, еще новичок в этом деле. Он настолько захвачен рассказом бывалого напарника, что ничего не замечает вокруг. Его рука с папиросой замерла на полпути, он не шелохнется. Молодой человек верит каждому слову рассказчика. Такое впечатление, что он сейчас воскликнет: «О, господи, страсти какие!».
И лишь третий охотник с недоверием относится к рассказу. Бывалому охотнику, простому крестьянскому мужику, понятно, что барин приврал, да уж больно много. Ему забавно слышать враки образованного человека. Крестьянин-охотник смеется над легковерностью своего молодого напарника. Его улыбка говорит: «Ох, и врать ты, братец, горазд! А ты-то всему веришь!»
И лишь окружающая охотников природа не разделяет беззаботности и довольства охотников. В небе тревожно кружат птицы, надвигаются мрачные тучи. Ветки кустарника вокруг замерли в каком-то тревожном ожидании. Но довольные охотой и увлеченные рассказом мужчины не замечают этого напряжения.