Классический деревенский пейзаж встает перед глазами: сочная зелень поля, уходящая вдаль, линия горизонта, поросшая деревьями, и нежно-голубое, почти прозрачное небо.
Детские фигурки написаны крупно, они приближены к передней раме полотна. Дети одеты бедно, но аккуратно и чисто: светло-серые одежды подпоясаны тонким пояском, на головах у девочек платки голубого и ярко-синего цветов. Обуты дети в простые лапти. Привлекают и очаровывают зрителя отношения между детьми, явно видная нежность и любовь. Старшая девочка робко, со стеснением протягивает хлеб пастуху. Вторая девочка, стоящая позади, нежно обнимает вторую за плечо и кладет на нее головку. В руке у девочек корзинки, что говорит об их неустанном труде и родителям. Выражение их лиц безмятежно.
Также спокоен и пейзаж вокруг, он словно дышит безмятежностью. Лишь несколько овец из стада нарушают эту тишину. Несмотря на обыкновенность событий, описанных на полотне, и их регулярность, вся картина оставляет необычайно теплое впечатление, своим лиризмом она проникает прямо в душу.
Классический деревенский пейзаж встает перед глазами: сочная зелень поля, уходящая вдаль, линия горизонта, поросшая деревьями, и нежно-голубое, почти прозрачное небо.
Детские фигурки написаны крупно, они приближены к передней раме полотна. Дети одеты бедно, но аккуратно и чисто: светло-серые одежды подпоясаны тонким пояском, на головах у девочек платки голубого и ярко-синего цветов. Обуты дети в простые лапти. Привлекают и очаровывают зрителя отношения между детьми, явно видная нежность и любовь. Старшая девочка робко, со стеснением протягивает хлеб пастуху. Вторая девочка, стоящая позади, нежно обнимает вторую за плечо и кладет на нее головку. В руке у девочек корзинки, что говорит об их неустанном труде и родителям. Выражение их лиц безмятежно.
Также спокоен и пейзаж вокруг, он словно дышит безмятежностью. Лишь несколько овец из стада нарушают эту тишину. Несмотря на обыкновенность событий, описанных на полотне, и их регулярность, вся картина оставляет необычайно теплое впечатление, своим лиризмом она проникает прямо в душу.