Рассказчик рисует картину тяжёлого труда строителей, которые тысячами умирали от голода, болезней, непосильной работы Прямо дороженька: насыпи узкие,
Столбики, рельсы, мосты. А по бокам-то всё косточки русские... Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты? (II)
Рабочие, не имея никаких инструментов, кроме лопат, топоров и кувалд, осушали болота, сооружали железнодорожную насыпь, практически голыми руками укладывали шпалы и рельсы. В своём воображении рассказчик оживляет умерших на строительстве мужиков, которые обращаются к Ване:
Братья! Вы наши плоды пожинаете! Нам же в земле истлевать суждено... Всё ли нас, бедных, добром поминаете Или забыли давно? (II)
Автор обращает внимание мальчика на трудолюбие, добросовестность, терпение народа, благодаря которым появилась эта железная дорога:
Эту привычку к труду благородную Нам бы не худо с тобой перенять... Благослови же работу народную
Рассказчик рисует картину тяжёлого труда строителей, которые тысячами умирали от голода, болезней, непосильной работы Прямо дороженька: насыпи узкие,
Столбики, рельсы, мосты.
А по бокам-то всё косточки русские...
Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты? (II)
Рабочие, не имея никаких инструментов, кроме лопат, топоров и кувалд, осушали болота, сооружали железнодорожную насыпь, практически голыми руками укладывали шпалы и рельсы. В своём воображении рассказчик оживляет умерших на строительстве мужиков, которые обращаются к Ване:
Братья! Вы наши плоды пожинаете!
Нам же в земле истлевать суждено...
Всё ли нас, бедных, добром поминаете
Или забыли давно? (II)
Автор обращает внимание мальчика на трудолюбие, добросовестность, терпение народа, благодаря которым появилась эта железная дорога:
Эту привычку к труду благородную
Нам бы не худо с тобой перенять...
Благослови же работу народную