Вещий Олег Вещий Олег жил в Киеве в 18-ом веке на седьмом этаже с кухаркой Пелагеей Пантелеевной Горемыкиной, уроженкой хутора святого Якова. Жили они бедно. Но однажды фортуна улыбнулась им: на Украину напали польские шляхтичи и Олега забрили в рекруты. Пелагея недолго кручинилась, 3 дня проревела и отдалась на сеновале конопатому батьке Махно, который как раз проезжал мимо хутора и заехавший попросить воды испить. Про это прослышал кузнец Вакула, проживающий в станице, намотал на ус и вскорости, когда и его так же забрали служить Порошенко, и попавшему в ту же часть с лошадями, где Олег чистил Авгиевы конюшни, рассказал Олегу о грехопадении Пелагеи. Тот взбеленился, сел на серую кобылу и поскакал на свой хутор чихонастить моську своей неверной супружнице. Прискакал на 8-ой день, зашёл в хату и видит: на столе сидит котэ и чавкает позавчерашним борщом, а Пелагея моет ноги куриные, чтобы сварить из них курячий суп, чтобы накормить кого Бог пошлёт с пятницы на вторник. Сверкнув грозными очами, Олег выхватил из её рук курячью лапу и давай гоняться за котярой, который, видишь ли, соизволил вылакать всю миску, оставив без ужина законного супруга, мать его. Разозлясь на котега и ещё не остудив свой гнев, досталось и Пелагее, заехав той промеж бестыжих шаров. "Всё, развод--вскричал Олег--завтра же пойдём в Сельсовет и разраспишемся, поросёнка себе забираю". Заголосила благим матом Пелагея и прокляла Олега всякими буквами, в конце тихо " Да чтоб тебя змеюка укусила, чтоб ты пропал, ирод такой-сякой, Обамовский придурок и шкурятский обломок на постном масле!" Нехотя поднималось солнце над хутором, суля зной и малый удой у тощих коровёшек, лениво плетущихся на поскотину под несмолкаемые матерки убогого Кузьки-раскатай губу. Олег, галопом несущийся по африканской саванне, мечтал только об одном: как он приедет в свой окоп, возьмёт пулемёт и снесёт башки всем Сомалийским бандитам, а заодно и проклятым москалям с ихней колбасой без сала, которое уже давно съели китайские прихвостни, понастроившие свои теплицы меж окопов и продающие свои огурцы за не пойми сколько--"Сикока дашь!" На четвёртый день у Олега исдох конь и что теперь делать, он не знал, поэтому он сел на кактус и заревел хуже горькой редьки. Из под коня вылезла змея, потревоженная не пойми чем и увидев, не пойми что, вонзила свои зубы в пойми чего--Олегов зад. Бесшумно, распластав огромные крылья, над пустыней парил ястреб-лошадятник, выжидая, когда окочурится не пойми что около вполне понятного кого. Так дурацки закончилась воинская служба Олега, призванного Ясером Арафатом в 1785 году под начало пана Порошенко, войско которого разбежалось от наглости китайцев и вечной нехватки сала
Вещий Олег жил в Киеве в 18-ом веке на седьмом этаже с кухаркой Пелагеей Пантелеевной Горемыкиной, уроженкой хутора святого Якова. Жили они бедно. Но однажды фортуна улыбнулась им: на Украину напали польские шляхтичи и Олега забрили в рекруты. Пелагея недолго кручинилась, 3 дня проревела и отдалась на сеновале конопатому батьке Махно, который как раз проезжал мимо хутора и заехавший попросить воды испить. Про это прослышал кузнец Вакула, проживающий в станице, намотал на ус и вскорости, когда и его так же забрали служить Порошенко, и попавшему в ту же часть с лошадями, где Олег чистил Авгиевы конюшни, рассказал Олегу о грехопадении Пелагеи. Тот взбеленился, сел на серую кобылу и поскакал на свой хутор чихонастить моську своей неверной супружнице. Прискакал на 8-ой день, зашёл в хату и видит: на столе сидит котэ и чавкает позавчерашним борщом, а Пелагея моет ноги куриные, чтобы сварить из них курячий суп, чтобы накормить кого Бог пошлёт с пятницы на вторник. Сверкнув грозными очами, Олег выхватил из её рук курячью лапу и давай гоняться за котярой, который, видишь ли, соизволил вылакать всю миску, оставив без ужина законного супруга, мать его. Разозлясь на котега и ещё не остудив свой гнев, досталось и Пелагее, заехав той промеж бестыжих шаров. "Всё, развод--вскричал Олег--завтра же пойдём в Сельсовет и разраспишемся, поросёнка себе забираю". Заголосила благим матом Пелагея и прокляла Олега всякими буквами, в конце тихо " Да чтоб тебя змеюка укусила, чтоб ты пропал, ирод такой-сякой, Обамовский придурок и шкурятский обломок на постном масле!" Нехотя поднималось солнце над хутором, суля зной и малый удой у тощих коровёшек, лениво плетущихся на поскотину под несмолкаемые матерки убогого Кузьки-раскатай губу. Олег, галопом несущийся по африканской саванне, мечтал только об одном: как он приедет в свой окоп, возьмёт пулемёт и снесёт башки всем Сомалийским бандитам, а заодно и проклятым москалям с ихней колбасой без сала, которое уже давно съели китайские прихвостни, понастроившие свои теплицы меж окопов и продающие свои огурцы за не пойми сколько--"Сикока дашь!" На четвёртый день у Олега исдох конь и что теперь делать, он не знал, поэтому он сел на кактус и заревел хуже горькой редьки. Из под коня вылезла змея, потревоженная не пойми чем и увидев, не пойми что, вонзила свои зубы в пойми чего--Олегов зад. Бесшумно, распластав огромные крылья, над пустыней парил ястреб-лошадятник, выжидая, когда окочурится не пойми что около вполне понятного кого. Так дурацки закончилась воинская служба Олега, призванного Ясером Арафатом в 1785 году под начало пана Порошенко, войско которого разбежалось от наглости китайцев и вечной нехватки сала