Решили научить Татьяну чтобы она притворялась хмельный и пошла бы, пошатываясь и покачиваясь, мимо Герасима. Бедная девка долго не соглашалась, но её уговорили; при том она сама видела, что иначе она не отделается своего обожателя. Она пошла. Капитона выпустили из чуланчика: дело всё-таки до него касалось. Герасим сидел на тумбочке у ворот и тыкал лопатой в землю... Из-за всех углов, из-под Что за окнами глядели на него... Хитрость удалась как нельзя лучше. Увидев Татьяну, он сперва, по обыкновению, с ласковым мычанием закивал головой; потом взгляделся, уронил лопату, вскочил, подошел к ней, выдвинул свое лицо к самому её лицу... Она от страха еще более зашаталась и закрыла глаза... Он схватил за руку, помчал через весь двор и, войдя с ней в комнату, где заседал савет, толкнул её прямо к Капитону.
Хитрость удалась как нельзя лучше. Увидев Татьяну, он сперва, по обыкновению, с ласковым мычанием закивал головой; потом взгляделся, уронил лопату, вскочил, подошел к ней, выдвинул свое лицо к самому её лицу... Она от страха еще более зашаталась и закрыла глаза... Он схватил за руку, помчал через весь двор и, войдя с ней в комнату, где заседал савет, толкнул её прямо к Капитону.