Черты любимого женского образа Пушкина во всех произведениях одинаковы: юна, умна, благородна, мечтательна, красива... Именно такой была Маша Троекурова в «Дубровском», такой была Маша Миронова в «Капитанской дочке», такой, но раскрытой наиболее полно и всесторонне, была Татьяна в «Евгении Онегине». Можно сказать, это один и тот же образ, портрет одной и той же женщины, только выполненный по-разному: Маша Троекурова — только наброски к портрету, а Татьяна — портрет яркий, выразительный, выполненный сочными красками. Маша Троекурова, как и другие героини Пушкина, росла в деревенской тиши, на лоне природы. Мать ей заменила няня, добрая, скромная крестьянская женщина, знавшая бесчисленное количество народных сказок и песен и с удовольствием передававшая их своей воспитаннице. Девочка росла впечатлительной и отзывчивой к чужому горю. Позднее она, «перерыв сочинения всякого рода, остановилась на романах», которые сделали ее кроткой, чуткой и мечтательной. Что до Кирилы Петровича, то дочь свою он любил «до безумия, но обходился с нею со свойственным ему своенравием, то стараясь угождать малейшим ее прихотям, то пугая ее суровым, а иногда и жестоким обращением». Такое непостоянство отца привело к тому, что Марья Кириловна хоть и почитала его, но не нашла в отце друга.
Маша Троекурова, как и другие героини Пушкина, росла в деревенской тиши, на лоне природы. Мать ей заменила няня, добрая, скромная крестьянская женщина, знавшая бесчисленное количество народных сказок и песен и с удовольствием передававшая их своей воспитаннице. Девочка росла впечатлительной и отзывчивой к чужому горю. Позднее она, «перерыв сочинения всякого рода, остановилась на романах», которые сделали ее кроткой, чуткой и мечтательной. Что до Кирилы Петровича, то дочь свою он любил «до безумия, но обходился с нею со свойственным ему своенравием, то стараясь угождать малейшим ее прихотям, то пугая ее суровым, а иногда и жестоким обращением». Такое непостоянство отца привело к тому, что Марья Кириловна хоть и почитала его, но не нашла в отце друга.