Александр Андреевич Чацкий - герой, причина страданий которого заключается в его уме. Чацкий не единственный разумный человек в пьесе, многие герои по-своему умны: Софья, Фамусов, даже Молчалин. Но Чацкий врывается в их мир со своей правдой, готовый разрушить старые каноны и устои. Смысл его жизни - борьба. За что и против чего? Легче ответить на вопрос, против чего борется Чацкий. Прежде всего, против потребительского взгляда на жизнь, на государственную службу. Его горячее «служить бы рад, прислуживаться тошно» объясняет, почему он не служит, не стремится к чинам. «Чины людьми даются, а люди могут обмануться», - объясняет он Молчалину. Чацкого трудно, невозможно представить ожидающим похвалы, одобрения начальства, он сам знает себе цену. Чацкий направляет свои обличительные речи против крепостного права. Объектом его критики становятся хозяин крепостного театра, продавший поодиночке своих актеров, «Амуров и Зефиров», а также «тот Нестор негодяев знатных», который выменял «борзые три собаки» на преданных слуг, не раз его жизнь и честь. Чтобы строить новую жизнь, нужны люди с новыми взглядами, думающие, честные, любящие свою Родину. Чацкий считает бедой государства то, что «нынче так же, как издревле,
Легче ответить на вопрос, против чего борется Чацкий. Прежде всего, против потребительского взгляда на жизнь, на государственную службу. Его горячее «служить бы рад, прислуживаться тошно» объясняет, почему он не служит, не стремится к чинам. «Чины людьми даются, а люди могут обмануться», - объясняет он Молчалину. Чацкого трудно, невозможно представить ожидающим похвалы, одобрения начальства, он сам знает себе цену.
Чацкий направляет свои обличительные речи против крепостного права. Объектом его критики становятся хозяин крепостного театра, продавший поодиночке своих актеров, «Амуров и Зефиров», а также «тот Нестор негодяев знатных», который выменял «борзые три собаки» на преданных слуг, не раз его жизнь и честь.
Чтобы строить новую жизнь, нужны люди с новыми взглядами, думающие, честные, любящие свою Родину. Чацкий считает бедой государства то, что «нынче так же, как издревле,