Вболдино пушкин приехал 3 сентября, рассчитывая за месяц с делами. поначалу он опасался, что лучшая рабочая пора (обычно осенью он много писал) должна быть заполнена хлопотами по введению во владение и закладу кистенёва. в эту поездку пушкин взял с собой всего три книги: второй том « народа» полевого, «илиаду» в переводе гнедича и сочинения поэтов, в том числе барри корнуолла. планы пушкина нарушила прокатившаяся по россии эпидемия холеры — из-за карантина он задержался в болдино на три месяца, которые стали одним из самых плодотворных периодов в его творчестве. отражением его тревог стали появившиеся вскоре после приезда «бесы» и «элегия» («безумных лет угасшее веселье…»). вскоре, однако, письмо невесты, вернуло ему утраченное душевное равновесие. своему другу и издателю плетнёву пушкин сообщил, что в своём «премиленьком письме» она «обещает выйти за меня и без приданого» и зовёт его в москву. дела по кистенёву были доверены писарю петру кирееву, и поэт, уверенный, что гончаровы покинули холерную москву, уже известил друга, что появится там не ранее, чем через месяц. 13 сентября пушкин написал назидательную «сказку о попе и о работнике его » осень 1830 года стала для пушкина временем подведения итогов. уже в своём послании родителям с извещением о (6—11 апреля 1830) он писал, что начинается новый период; о том же он говорит плетнёву уже из болдина: «доселе он я — а тут он будет мы. шутка! » (xiv, 113, 29 сентября 1830). перемены в личной жизни совпали с началом нового этапа деятельности. заключительную главу «евгения онегина» поэт открывает ретроспективной картиной своего творчества, символически представив его развитие через «смену обликов музы», а направление своей эволюции, по словам благого, как «движение через романтизм к реализму, от „поэзии“ к „прозе“. в первых числах октября пушкин попытался уехать из болдина, но ему не удалось преодолеть карантинные оцепления. 5 декабря 1830 года пушкин вернулся с третьей попытки в ещё окружённую холерными карантинами москву. 9 декабря пушкин писал плетнёву:
