Поэзия Г.Р. Державина - одно из самых значительных явлений в русской литературе XVIII века. Необыкновенно смелый, решительный и независимый характер Державина проявился не только в его карьере государственного служащего, но, быть может, еще более - в поэтическом творчестве. Одно из его стихотворений чуть не стало причиной изгнания и опалы. Это была написанная в 1780 году ода «Властителям и судиям», которую автор назвал «гневной одой». В этом стихотворении действительно звучит гневный голос поэта-гражданина, осмеливающегося подняться против царящей вокруг него несправедливости: Цари! Я мнил, вы боги властны, Никто над вами не судья, Но вы, как я подобно, страстны И так же смертны, как и я. «Властителям и судиям» является стихотворным переложением 81-го псалма - так в древности назывались библейские песнопения, обращенные к Богу. Их автор - ветхозаветный царь Давид сочинения которого составляют одну из самых поэтичных книг Ветхого Завета - «Псалтырь». В державинской оде лексика и многие образы напоминают нам библейскую поэзию: Восстал всевышний Бог, да судит Земных богов во сонме их.. Но, безусловно, содержание оды Державина, основанной на этом библейском тексте, связано с современной поэту жизнью Российского государства. Именно здесь он видит попрание справедливости, нарушение законов, угнетение слабых, торжество неправды и зла, аналогию которым он и находит в ветхозаветной истории: Доколе, рек, доколь вам будет Щадить неправедных и злых? Необходимость подчинения всех единому закону высшей правды и справедливости утверждается Державиным в этом стихотворении, как и во многих цругих: Ваш долг есть, охранять законы, На лица сильных не взирать, Без без обороны Сирот и вдов не оставлять. Ваш долг от бед невинных, Несчастливым подать покров; От сильных защищать бессильных, Исторгнуть бедных из оков. Но в реальной жизни он видит уклонение от этого высшего закона тех, кто стоит у власти, кто как раз и должен прежде всего следить за соблюдением законов: Не внемлют! Видят - и не знают! Покрыты мздою очеса: Злодействы землю потрясают, Неправда зыблет небеса Вот почему так гневно звучит голос поэта-обличителя «неправедных и злых» Он утверждает неизбежность кары для тех «лукавых» властителей, которые не подчиняются высшему закону правды и справедливости - вот главная мысль державинской оды: И вы подобно так падете. Как с древ увядший лист падет! И вы подобно так умрете. Как ваш последний раб умрет! Не удивительно, что ода «Властителям и судиям» была воспринята не только придворным окружением, но и самой императрицей, как революционная прокламация. Ведь речь в ней идет о том, что неправедная власть не может быть признана божественной, а значит, ее неминуемо ждет гнев Божий и падение. На смену таким «властителям и судиям», как утверждает автор в заключительном четверостишии оды, неизбежно придут те, кто будет руководствоваться идеалами добра и справедливости: Воскресни, Боже! Боже правых! И их молению внемли: Приди, суди, карай лукавых И будь един царем земли! Интересно, что во время Французской революции в Париже именно этот 81 псалом, положенный в основу державинской оды, был перефразирован якобинцами-революционерами, и народ распевал его на улицах города, выражая возмущение королем Людовиком XVI, впоследствии казненным. Так связалось воедино в творчестве Державина древняя библейская мудрость, европейская история и российская современность. А для час остался замечательный образец поэзии высокого гражданского звучания, которое поистине «вечно» и всегда ново.
В этом стихотворении действительно звучит гневный голос поэта-гражданина, осмеливающегося подняться против царящей вокруг него несправедливости:
Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны
И так же смертны, как и я.
«Властителям и судиям» является стихотворным переложением 81-го псалма - так в древности назывались библейские песнопения, обращенные к Богу. Их автор - ветхозаветный царь Давид сочинения которого составляют одну из самых поэтичных книг Ветхого Завета - «Псалтырь». В державинской оде лексика и многие образы напоминают нам библейскую поэзию:
Восстал всевышний Бог, да судит
Земных богов во сонме их..
Но, безусловно, содержание оды Державина, основанной на этом библейском тексте, связано с современной поэту жизнью Российского государства. Именно здесь он видит попрание справедливости, нарушение законов, угнетение слабых, торжество неправды и зла, аналогию которым он и находит в ветхозаветной истории:
Доколе, рек, доколь вам будет
Щадить неправедных и злых?
Необходимость подчинения всех единому закону высшей правды и справедливости утверждается Державиным в этом стихотворении, как и во многих цругих:
Ваш долг есть, охранять законы,
На лица сильных не взирать,
Без без обороны
Сирот и вдов не оставлять.
Ваш долг от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.
Но в реальной жизни он видит уклонение от этого высшего закона тех, кто стоит у власти, кто как раз и должен прежде всего следить за соблюдением законов:
Не внемлют! Видят - и не знают!
Покрыты мздою очеса:
Злодействы землю потрясают,
Неправда зыблет небеса
Вот почему так гневно звучит голос поэта-обличителя «неправедных и злых» Он утверждает неизбежность кары для тех «лукавых» властителей, которые не подчиняются высшему закону правды и справедливости - вот главная мысль державинской оды:
И вы подобно так падете.
Как с древ увядший лист падет!
И вы подобно так умрете.
Как ваш последний раб умрет!
Не удивительно, что ода «Властителям и судиям» была воспринята не только придворным окружением, но и самой императрицей, как революционная прокламация. Ведь речь в ней идет о том, что неправедная власть не может быть признана божественной, а значит, ее неминуемо ждет гнев Божий и падение. На смену таким «властителям и судиям», как утверждает автор в заключительном четверостишии оды, неизбежно придут те, кто будет руководствоваться идеалами добра и справедливости:
Воскресни, Боже! Боже правых!
И их молению внемли:
Приди, суди, карай лукавых
И будь един царем земли!
Интересно, что во время Французской революции в Париже именно этот 81 псалом, положенный в основу державинской оды, был перефразирован якобинцами-революционерами, и народ распевал его на улицах города, выражая возмущение королем Людовиком XVI, впоследствии казненным. Так связалось воедино в творчестве Державина древняя библейская мудрость, европейская история и российская современность. А для час остался замечательный образец поэзии высокого гражданского звучания, которое поистине «вечно» и всегда ново.