Уже ранняя лирика поэта представляет его как патриота, истинного гражданина, борца за свободолюбивые идеи. Написанное в форме письма к “другу-иностранцу” стихотворение “Жалобы турка” (1829) на самом деле являются гневным обличением существующих порядков России. Тиранам и рабам у Лермонтова противопоставлено чувство любви к свободе. Лирический герой Лермонтова — мятежный, неугомонный, ищущий:
Под ним струя светлей лазури, Над ним луч солнца золотой.. . А он, мятежный, просит бури, Как будто в бурях есть покой!
Лирическое «я» раннего Лермонтова предстает в противоречии между героической натурой, жаждущей свободы, активной деятельности, и реальным положением героя в обществе, которое не нуждается в его подвигах. Мечты юного Лермонтова о гражданском деянии, о славе, желание испытать судьбу роднят его с поэтами-декабристами, с Байроном, с их мятежными и гордыми лирическими героями. Эти романтические мотивы звучат в стихах «Из Андрея Шенье» : «Задело общее, быть может, я паду...» , «Я грудью шел вперед, я жертвовал собой... » , «Я рожден, чтоб целый мир был зритель Торжества иль гибели моей... » Однако мечты эти оказываются неисполненными: никто не требует от поэта и его лирического героя отваги. Поэт чувствует, что жизнь его протекает «без цели» , что он «чужд всему» . Отрицание «толпы людей» , «света» носит в ранней лирике Лермонтова всеохватывающий характер:
Коварной жизнью недовольный, Обманут низкой клеветой.. .
Эта фраза понять суть претензий героя к обществу. Постепенно все явственнее проступают и контуры «толпы» , «здешнего света» , где подлинные ценности оказываются поверженными:
Поверь: великое земное Различно с мыслями людей. Сверши с успехом дело злое — Велик; не удалось — злодей.
Написанное в форме письма к “другу-иностранцу” стихотворение “Жалобы турка” (1829) на самом деле являются гневным обличением существующих порядков России.
Тиранам и рабам у Лермонтова противопоставлено чувство любви к свободе. Лирический герой Лермонтова — мятежный, неугомонный, ищущий:
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой.. .
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!
Лирическое «я» раннего Лермонтова предстает в противоречии между
героической натурой, жаждущей свободы, активной деятельности, и реальным
положением героя в обществе, которое не нуждается в его подвигах. Мечты
юного Лермонтова о гражданском деянии, о славе, желание испытать судьбу
роднят его с поэтами-декабристами, с Байроном, с их мятежными и гордыми
лирическими героями. Эти романтические мотивы звучат в стихах «Из Андрея
Шенье» : «Задело общее, быть может, я паду...» , «Я грудью шел вперед, я
жертвовал собой... » , «Я рожден, чтоб целый мир был зритель Торжества иль
гибели моей... » Однако мечты эти оказываются неисполненными: никто не
требует от поэта и его лирического героя отваги. Поэт чувствует, что жизнь
его протекает «без цели» , что он «чужд всему» . Отрицание «толпы людей» ,
«света» носит в ранней лирике Лермонтова всеохватывающий характер:
Коварной жизнью недовольный,
Обманут низкой клеветой.. .
Эта фраза понять суть претензий героя к обществу. Постепенно
все явственнее проступают и контуры «толпы» , «здешнего света» , где
подлинные ценности оказываются поверженными:
Поверь: великое земное
Различно с мыслями людей.
Сверши с успехом дело злое —
Велик; не удалось — злодей.