Коллежский асессор Ковалёв — карьерист, для большей важности именующий себя майором — неожиданно просыпается утром без носа. На месте носа оказывается совершенно гладкое место. «Чёрт знает что, какая дрянь! — восклицает он, плюнувши. — Хотя бы уже что-нибудь было вместо носа, а то ничего!..» Он направляется к обер-полицмейстеру, чтобы заявить о пропаже, но по пути неожиданно встречает собственный нос в шитом золотом мундире, шляпе статского советника и при шпаге. Нос запрыгивает в карету и направляется в Казанский собор, где набожно молится. Поражённый Ковалёв — за ним. Робея, коллежский асессор просит нос вернуться, но тот, со всей важностью, свойственной разговору с младшим чином, заявляет, что не понимает, о чём идёт речь, и ускользает от хозяина.
Ковалёв отправляется в газету, чтобы дать объявление о пропаже носа, но там ему отказывают, опасаясь, что такое скандальное объявление нанесёт ущерб репутации издания. Ковалёв бросается к частному приставу, но тот, будучи не в духе, лишь заявляет, что приличному человеку носа не оторвут, если он не таскается чёрт знает где.
Убитый горем Ковалёв возвращается домой, и тут приключается нежданная радость: внезапно входит полицейский чиновник и вносит завёрнутый в бумажку нос. По его словам, нос был перехвачен по дороге в Ригу с фальшивым паспортом. Ковалёв безмерно радуется, но преждевременно: нос не желает прилепляться на своё законное место, и даже приглашённый доктор не может ничем Лишь спустя много дней нос с утра снова оказывается на лице своего владельца, так же необъяснимо, как исчез. И жизнь Ковалёва возвращается в своё нормальное русло.
Коллежский асессор Ковалёв — карьерист, для большей важности именующий себя майором — неожиданно просыпается утром без носа. На месте носа оказывается совершенно гладкое место. «Чёрт знает что, какая дрянь! — восклицает он, плюнувши. — Хотя бы уже что-нибудь было вместо носа, а то ничего!..» Он направляется к обер-полицмейстеру, чтобы заявить о пропаже, но по пути неожиданно встречает собственный нос в шитом золотом мундире, шляпе статского советника и при шпаге. Нос запрыгивает в карету и направляется в Казанский собор, где набожно молится. Поражённый Ковалёв — за ним. Робея, коллежский асессор просит нос вернуться, но тот, со всей важностью, свойственной разговору с младшим чином, заявляет, что не понимает, о чём идёт речь, и ускользает от хозяина.
Ковалёв отправляется в газету, чтобы дать объявление о пропаже носа, но там ему отказывают, опасаясь, что такое скандальное объявление нанесёт ущерб репутации издания. Ковалёв бросается к частному приставу, но тот, будучи не в духе, лишь заявляет, что приличному человеку носа не оторвут, если он не таскается чёрт знает где.
Убитый горем Ковалёв возвращается домой, и тут приключается нежданная радость: внезапно входит полицейский чиновник и вносит завёрнутый в бумажку нос. По его словам, нос был перехвачен по дороге в Ригу с фальшивым паспортом. Ковалёв безмерно радуется, но преждевременно: нос не желает прилепляться на своё законное место, и даже приглашённый доктор не может ничем Лишь спустя много дней нос с утра снова оказывается на лице своего владельца, так же необъяснимо, как исчез. И жизнь Ковалёва возвращается в своё нормальное русло.