Черкешенка — молчаливая, задумчивая, прекрасная горянка, которая дарит свою первую (и последнюю) любовь герою поэмы, русскому пленнику. Несмотря на его холодность и преданность другой — навсегда единственной — возлюбленной, свободе, Ч ему бежать, а сама тонет в бурных водах горной реки.
Образ ее восходит к женскому типу восточной красавицы поэм Дж. Г. Байрона «лондонского» периода (прежде всего это — Гюльнара в «Корсаре»); весьма отдаленным сюжетным фоном служит повесть «Бедная Лиза» Н. М. Карамзина — история о крестьянке, полюбившей дворянина и погибшей в итоге. Однако социальный конфликт переведен у Пушкина в общекультурный план. Ч. полностью принадлежит естественному, дикому миру и потому во всем противоположна пленнику, «европейцу». Он — не может любить, ибо сердце его навсегда остыло; она — любит без памяти; внутренний холод пленника оборачивается выжженным пространством вокруг него — жар ее любви несет с собой утоляющую прохладу. Он ищет, где укрыться от палящего солнца, — она появляется в сумерках, ночью, облитая лунным светом (что одновременно предвещает близкую смерть); она связана с влагой — приносит освежающий кумыс, вино, даже слезы ее (равно как «влажная» песня) свежи. Противоположен и финал заведомо конфликтной встречи дикого, пылкого Востока с цивилизованной Европой; для Ч. — «Она исчезла, жизни сладость», а пленник— «с воскресшим сердцем» возвращается в Россию.
Черкешенка — молчаливая, задумчивая, прекрасная горянка, которая дарит свою первую (и последнюю) любовь герою поэмы, русскому пленнику. Несмотря на его холодность и преданность другой — навсегда единственной — возлюбленной, свободе, Ч ему бежать, а сама тонет в бурных водах горной реки.
Образ ее восходит к женскому типу восточной красавицы поэм Дж. Г. Байрона «лондонского» периода (прежде всего это — Гюльнара в «Корсаре»); весьма отдаленным сюжетным фоном служит повесть «Бедная Лиза» Н. М. Карамзина — история о крестьянке, полюбившей дворянина и погибшей в итоге. Однако социальный конфликт переведен у Пушкина в общекультурный план. Ч. полностью принадлежит естественному, дикому миру и потому во всем противоположна пленнику, «европейцу». Он — не может любить, ибо сердце его навсегда остыло; она — любит без памяти; внутренний холод пленника оборачивается выжженным пространством вокруг него — жар ее любви несет с собой утоляющую прохладу. Он ищет, где укрыться от палящего солнца, — она появляется в сумерках, ночью, облитая лунным светом (что одновременно предвещает близкую смерть); она связана с влагой — приносит освежающий кумыс, вино, даже слезы ее (равно как «влажная» песня) свежи. Противоположен и финал заведомо конфликтной встречи дикого, пылкого Востока с цивилизованной Европой; для Ч. — «Она исчезла, жизни сладость», а пленник— «с воскресшим сердцем» возвращается в Россию.