Холодно и безразлично смотрит сытый Петербург на обездоленных. Трактирная и уличная стихия вмешивается в судьбы людей, накладывает отпечаток на их переживания и поступки. Вот женщина, которая бросается в канал А вот по бульвару идет пьяная пятнадцатилетняя девочка. Эта страшная картина вызывает горькие мысли у Раскольникова. Он знает, чем и как закончит жизнь эта растоптанная с юных лет человеческая душа. "Бедная девочка!.. Очнется, поплачет, потом мать узнает... Сначала прибьет, а потом высечет, больно и с позором и сгонит... А не сгонит, так все-таки пронюхают Дарьи Францевны, и начнет шмыгать моя девочка туда да сюда... Потом тотчас больница (и это всегда у тех, которые у матерей живут очень честных и тихонько от них пошаливают), ну а там... а там опять больница... вино... кабаки... и еще больница... года через два-три — калека, итого житья ее девятнадцать аль восемнадцать лет от роду всего-с..." И гневом дышат его слова, когда он с возмущением говорит, что существующая жизнь оправдывает подобное сознательное унижение человека: "Это, говорят, так и следует. Такой процент, говорят, должен уходить каждый год..." В этот процент и попали Мармеладов, Катерина Ивановна, Соня, Дуня Раскольникова. Типичный приют столичной бедноты — жалкая комната Мармеладовых. При виде этой комнаты, нищеты обитателей понятной становится та горечь, с которой ее хозяин несколько часов назад рассказывал Раскольникову историю своей жизни, историю своей семьи. Рассказ Мармеладова о себе в грязном трактире — это потрясающая исповедь "погибшего человека, задавленного несправедливо гнетом обстоятельств". Это вопль о Горький пьяница, пропивающий последние чулки жены, теряющий службу из-за своего порока, Мармеладов дошел до последней ступени человеческого падения. "Нас обкрадывал да в кабак носил", — говорит Катерина Ивановна. Но сам порок Мармеладова объясняется безмерностью его несчастий, сознанием обездоленности, приниженности, которые приносит ему нищета. "Милостивый государь, — начал он почти с торжественностью, — бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же — никогда и никто". Мармеладов — человек, которому "некуда идти".
И гневом дышат его слова, когда он с возмущением говорит, что существующая жизнь оправдывает подобное сознательное унижение человека: "Это, говорят, так и следует. Такой процент, говорят, должен уходить каждый год..." В этот процент и попали Мармеладов, Катерина Ивановна, Соня, Дуня Раскольникова.
Типичный приют столичной бедноты — жалкая комната Мармеладовых. При виде этой комнаты, нищеты обитателей понятной становится та горечь, с которой ее хозяин несколько часов назад рассказывал Раскольникову историю своей жизни, историю своей семьи. Рассказ Мармеладова о себе в грязном трактире — это потрясающая исповедь "погибшего человека, задавленного несправедливо гнетом обстоятельств". Это вопль о Горький пьяница, пропивающий последние чулки жены, теряющий службу из-за своего порока, Мармеладов дошел до последней ступени человеческого падения. "Нас обкрадывал да в кабак носил", — говорит Катерина Ивановна.
Но сам порок Мармеладова объясняется безмерностью его несчастий, сознанием обездоленности, приниженности, которые приносит ему нищета. "Милостивый государь, — начал он почти с торжественностью, — бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же — никогда и никто". Мармеладов — человек, которому "некуда идти".