Как тяжело ходить среди людейИ притворятся непогибшим,И об игре трагической страстейПовествовать еще не жившим. И, вглядываясь в свой ночной кошмар,Строй находить в нестройном вихре чувства,Чтобы по бледным заревам искусстваУзнали жизни гибельной пожар!Стих Блока «Как тяжело ходить среди людей…», написанное 10 мая 1910 года, состоит всего из восьми строк. Стихотворению предпослан эпиграф — строка А. А. Фета, которая возникла из воспоминания о трагедии этого поэта, когда молодая Мария Лазич, возлюбленная Фета, погибла, когда загорелось её платье. Для Блока в контексте его стихотворения «человек сгорел» — это не физическая гибель, а духовная трагедия, боль опустошения, когда самые высокие, прекрасные идеалы сгорают, человек теряет смысл жизни. Он существует, но душа его погибла в «игре трагических страстей». У него осталась только рассказать о своей бурной жизни «ещё не жившим», то есть тем, кто не испытал подобного. Искусство поэзии обладает переплавить личностный опыт человека в стихи, которые, может быть, не отражают всей полноты и глубины чувств («бледное зарево искусства»), но лишь они доносят, передают их «нестройный вихрь», воплощают в звуках опыт трагического мироощущения.
И, вглядываясь в свой ночной кошмар,Строй находить в нестройном вихре чувства,Чтобы по бледным заревам искусстваУзнали жизни гибельной пожар!Стих Блока «Как тяжело ходить среди людей…», написанное 10 мая 1910 года, состоит всего из восьми строк. Стихотворению предпослан эпиграф — строка А. А. Фета, которая возникла из воспоминания о трагедии этого поэта, когда молодая Мария Лазич, возлюбленная Фета, погибла, когда загорелось её платье. Для Блока в контексте его стихотворения «человек сгорел» — это не физическая гибель, а духовная трагедия, боль опустошения, когда самые высокие, прекрасные идеалы сгорают, человек теряет смысл жизни. Он существует, но душа его погибла в «игре трагических страстей». У него осталась только рассказать о своей бурной жизни «ещё не жившим», то есть тем, кто не испытал подобного. Искусство поэзии обладает переплавить личностный опыт человека в стихи, которые, может быть, не отражают всей полноты и глубины чувств («бледное зарево искусства»), но лишь они доносят, передают их «нестройный вихрь», воплощают в звуках опыт трагического мироощущения.