Давайте представим себе, что мы отправились в лес за ягодами, взяли с собою пустой кузовок. Руки делать хотят, да глаза боятся. Ягодки-то маленькие, а кузовок большой. Ну когда же он полный наберётся? Кажется, что никогда. И нам хочется что-то предпринять (например, горстями ягоды набирать) или бросить эту работу, не начинать её.
Но мы так можем размышлять очень долго. До самого позднего вечера. А потом стемнеет, и мы вернёмся домой с таким же пустым кузовком, так и не набрав ягод. Горстями когда рвёшь – они разминаются. По одной штучке рвать – не хочется. А вот если мы наберёмся терпения и мужества, всё-таки начнём дело спокойно и неспеша, то кузовок незаметно заполнится неповреждёнными ягодками.
Давайте представим себе, что мы отправились в лес за ягодами, взяли с собою пустой кузовок. Руки делать хотят, да глаза боятся. Ягодки-то маленькие, а кузовок большой. Ну когда же он полный наберётся? Кажется, что никогда. И нам хочется что-то предпринять (например, горстями ягоды набирать) или бросить эту работу, не начинать её.
Но мы так можем размышлять очень долго. До самого позднего вечера. А потом стемнеет, и мы вернёмся домой с таким же пустым кузовком, так и не набрав ягод. Горстями когда рвёшь – они разминаются. По одной штучке рвать – не хочется. А вот если мы наберёмся терпения и мужества, всё-таки начнём дело спокойно и неспеша, то кузовок незаметно заполнится неповреждёнными ягодками.