Хамелеон — это ящерица, меняющая свой цвет, при к окружающей среде. Конечно, в маленьком городке, где происходит действие чеховского рассказа, речь идет вовсе не о зоологических исследованиях. Тем более не о пресмыкающихся, а о самой обычной собаке неизвестного хозяина — о щенке, очутившемся в центре событий на площади, где, защищаясь, он укусил за палец грубого, очень шумного человека. События происходят почти молниеносно, словно на театральной сцене.
Вот идет полицейский надзиратель Очумелов. Он прекрасно начал рабочий день, конфисковав у кого-то крыжовник, и к толпе на площади подошел не столько навести порядок, сколько показать себя хозяином ситуации и, может, еще чем поживиться. — Бродяга! Истребить! — орал он на всю площадь, узнав, что собака ничейная, и советовал потерпевшему: — Ты этого так не оставляй! Ему даже жарко стало от возмущения и энергичного вмешательства в дело.
Но кто-то высказал предположение, что собака генеральская. Взгляды Очумелова молниеносно сменяются на противоположные: он обвиняет в том, что случилось, самого потерпевшего. Никто уже не ищет причины, из-за чего собака укусила Хрюкина, ему просто не верят, говорят, что сам расковырял палец гвоздиком. Очумелов аж кипит от старания загладить свою вину перед генеральским щенком. Его даже озноб бьет с перепугу: — Надень-ка, брат Елдырин, на меня шинель… Генеральский повар вносит ясность: — Собака не генеральская, у нас таких не держат… Даже не дослушав до конца, Очумелов с пеной у рта снова поднимает крик: — Истребить! Но, услышав продолжение: «Генералова брата» — меняет свой курс на 180°. Теперь, когда поставлены все точки над «і», он уже точно не прогадает. Он отслужит за все свои ошибочные суждения. Он готов извиниться даже перед самим щенком: «Сердитая, шельма…». Появляется даже ласковое обращение: «Цуцик этакий». А вершина всего — просто переход на собачий язык: «Р-р-р!». Кажется, еще минута — и Очумелов станет на четвереньки или упадет на колени перед щенком, которого искренне готов был истребить, к которому в душе своей был совершенно равнодушен, если бы не отблеск генеральского сияния.
Правда, похоже на хамелеона? Только меняет не цвет кожи, а свое поведение, свои взгляды, свое отношение к людям, а значит — и к своим служебным обязанностям. Значит, Чехов в своем сатирическом рассказе обличает не какогото конкретного человека, а высмеивает типичное явление — при продажность чиновников, их пренебрежение своими служебными обязанностями, взяточничество. Изменится руководство — они при к другому. Изменится государственный строй — они переделают лозунги.
Конечно, в маленьком городке, где происходит действие чеховского рассказа, речь идет вовсе не о зоологических исследованиях. Тем более не о пресмыкающихся, а о самой обычной собаке неизвестного хозяина — о щенке, очутившемся в центре событий на площади, где, защищаясь, он укусил за палец грубого, очень шумного человека.
События происходят почти молниеносно, словно на театральной сцене.
Вот идет полицейский надзиратель Очумелов. Он прекрасно начал рабочий день, конфисковав у кого-то крыжовник, и к толпе на площади подошел не столько навести порядок, сколько показать себя хозяином ситуации и, может, еще чем поживиться. — Бродяга! Истребить! — орал он на всю площадь, узнав, что собака ничейная, и советовал потерпевшему:
— Ты этого так не оставляй!
Ему даже жарко стало от возмущения и энергичного вмешательства в дело.
Но кто-то высказал предположение, что собака генеральская. Взгляды Очумелова молниеносно сменяются на противоположные: он обвиняет в том, что случилось, самого потерпевшего. Никто уже не ищет причины, из-за чего собака укусила Хрюкина, ему просто не верят, говорят, что сам расковырял палец гвоздиком. Очумелов аж кипит от старания загладить свою вину перед генеральским щенком. Его даже озноб бьет с перепугу:
— Надень-ка, брат Елдырин, на меня шинель…
Генеральский повар вносит ясность:
— Собака не генеральская, у нас таких не держат…
Даже не дослушав до конца, Очумелов с пеной у рта снова поднимает крик:
— Истребить!
Но, услышав продолжение: «Генералова брата» — меняет свой курс на 180°. Теперь, когда поставлены все точки над «і», он уже точно не прогадает. Он отслужит за все свои ошибочные суждения. Он готов извиниться даже перед самим щенком: «Сердитая, шельма…». Появляется даже ласковое обращение: «Цуцик этакий». А вершина всего — просто переход на собачий язык: «Р-р-р!». Кажется, еще минута — и Очумелов станет на четвереньки или упадет на колени перед щенком, которого искренне готов был истребить, к которому в душе своей был совершенно равнодушен, если бы не отблеск генеральского сияния.
Правда, похоже на хамелеона? Только меняет не цвет кожи, а свое поведение, свои взгляды, свое отношение к людям, а значит — и к своим служебным обязанностям. Значит, Чехов в своем сатирическом рассказе обличает не какогото конкретного человека, а высмеивает типичное явление — при продажность чиновников, их пренебрежение своими служебными обязанностями, взяточничество. Изменится руководство — они при к другому. Изменится государственный строй — они переделают лозунги.