Остап, будто великан, износил все издевательства. Ни одного вопля или стона не слышно от него. Но уже и его силы покинули, «провел он глазами вокруг себя, все неизвестные, чужие лица! Хотя бы кто-нибудь из близких присутствовал при его смерти... и воскликнул в душевной немощи: «Отец! Где ты? Ты слышишь?». Услышал в ответ: «Слышу!..»
Умер казак, но не покорился врагу. Имя его навсегда соединилось с такими качествами, как мужество, сила духа, непримиримость и пылкая любовь к своей земле.
Остап, будто великан, износил все издевательства. Ни одного вопля или стона не слышно от него. Но уже и его силы покинули, «провел он глазами вокруг себя, все неизвестные, чужие лица! Хотя бы кто-нибудь из близких присутствовал при его смерти... и воскликнул в душевной немощи: «Отец! Где ты? Ты слышишь?». Услышал в ответ: «Слышу!..»
Умер казак, но не покорился врагу. Имя его навсегда соединилось с такими качествами, как мужество, сила духа, непримиримость и пылкая любовь к своей земле.