Обломов - единственный живой, настоящий, думающий и чувствующий человек в этой книге: все остальные - марионетки ( тоже самое можно сказать о Татьяне в "Евгений Онегин" и о Пугачеве в "Капитанская дочь" - они там одни настоящие). Кажется, что у самого автора мысли расходятся с чувством: умом он думает одно, а сердцем совсем другое. У чувствующих людей работа - внутренняя: думать, чувствовать, смотреть, слушать, мыслить. Могу представить Обломова музыкантом, но никак не чиновником. Илья Ильич красивый и чистоплотный, у него мягкие манеры и немного тягучая речь. В нем нет жадности, ни распутства, ни жестокости: а сердцем более нежный, чем страстный, но получил от ряда рабовладельческих поколений здоровую, чистую и спокойно текущую кровь. Даже если отнять у Обломова средства, он все же не будет не работать, не льстить, в нем останется все та же лень. В Обломове есть крепко сидящее сознание независимости то и ничто не вырвет его из угла: ни жадность, ни тщеславие, ни даже любовь. Уж если выбирать между Агафьей и Ольгой, то Обломов сделал для себя единственный правильный выбор.
У чувствующих людей работа - внутренняя: думать, чувствовать, смотреть, слушать, мыслить.
Могу представить Обломова музыкантом, но никак не чиновником.
Илья Ильич красивый и чистоплотный, у него мягкие манеры и немного тягучая речь. В нем нет жадности, ни распутства, ни жестокости: а сердцем более нежный, чем страстный, но получил от ряда рабовладельческих поколений здоровую, чистую и спокойно текущую кровь. Даже если отнять у Обломова средства, он все же не будет не работать, не льстить, в нем останется все та же лень. В Обломове есть крепко сидящее сознание независимости то и ничто не вырвет его из угла: ни жадность, ни тщеславие, ни даже любовь.
Уж если выбирать между Агафьей и Ольгой, то Обломов сделал для себя единственный правильный выбор.