Убивать людей безнаказанно, проливать кровь по совести, а потом людям средствами убитого… Раскольников только не подумал, что благородные люди не возьмут таких денег, грязных денег, из-за которых пострадал один, пусть даже самый жестокий и страшный, человек. Так вот, первое, в чем ошибался Раскольников, -это то, что люди смогут спокойно убивать, а второе, — что другие возьмут деньги, за которые была пролита кровь.
Для осуществления его теории людям надо было бы попрощаться со своей совестно и честью, со всем добрым и человечным, что есть у человека в душе.
Раскольников разделил всех людей на две группы, причем основную массу он назвал тварями дрожащими, а единицы — «право имеющими. Страшно даже вообразить себе такое общество, страшно и невозможно.
Общество не может дать согласие на убийство, даже если это убийство человека крайне неприятного. Старуха-процентщица ведь не была, по сути дела, преступницей, она никого не убивала. Да, она была ужасным человеком, несла людям зло, делала только хуже, такой тип иногда называют «кровопийцами», но это все же не дает право лишать ее жизни. Каким бы ни был человек отвратительным, не нам судить его за его поступки.
Для осуществления его теории людям надо было бы попрощаться со своей совестно и честью, со всем добрым и человечным, что есть у человека в душе.
Раскольников разделил всех людей на две группы, причем основную массу он назвал тварями дрожащими, а единицы — «право имеющими. Страшно даже вообразить себе такое общество, страшно и невозможно.
Общество не может дать согласие на убийство, даже если это убийство человека крайне неприятного. Старуха-процентщица ведь не была, по сути дела, преступницей, она никого не убивала. Да, она была ужасным человеком, несла людям зло, делала только хуже, такой тип иногда называют «кровопийцами», но это все же не дает право лишать ее жизни. Каким бы ни был человек отвратительным, не нам судить его за его поступки.