Хлестовой немного жаль Чацкого потому, что он молод, остроумен и достаточно обеспечен, имел сотни три душ ( "А Чацкого мне жаль, по - христиански так; он жалости достоин, был острый человек, имел душ сотни три"). О его состоянии и зашел спор между Хлестовой и Фамусовым. Хлестова утверждала, что у Чацкого три сотни душ, а Фамусов настаивал, что в его календаре отмечено четыреста душ.
