Я стал усиленно вспоминать, что произошло за лето, которое закончилось только два дня назад. Сначала мне показалось, что не произошло вообще ничего, о чём можно было бы написать, — ну, бегали, ну, куда-то ездил, но ведь ничего невероятного не происходило! А писать, по моему совершенному тогдашнему убеждению, можно было только о невероятном. Например, о том, как на нас в поезде напали инопланетяне, а я их всех скрутил и заставил катать на своей летающей тарелке! Или как мы пошли в лес, а там я нашёл высохший скелет, который указывал рукой на клад в дремучем ельнике, где была какая-нибудь разветвлённая пещера...
Так что несколько минут я предавался сладким мечтаниям. Но, увидев, как старается моя соседка по парте — отличница и задавала, я вздохнул и стал вспоминать то, что было на самом деле. Как учили, по порядку. Теперь оказалось, что событий настоящих, невыдуманных, так много, что обязательно что-нибудь пропустишь. Перед глазами у меня всё крутились почему-то банки с вареньем, что стояли у нас перед балконом, поэтому первое, что я вспомнил — как мы сочетали приятное с полезным— ездили на строящуюся дачу и собирали там ягоды.
Самое трудное оказалось — написать первую строчку. Когда я всё-таки решился уже пол-урока, и первая строчка в результате выглядела так: «Я ездил в лес за город, откуда привозил много земляники, черники, малины и костяники». Причём костянику мы вовсе не собирали, но она в лесу встречалась, и для «полноты картины» я упомянул и про неё. Естественно, я ездил не один, а с родителями, но о таком пустяке предпочёл промолчать, чтобы оставить хоть какой-то ореол своей «взрослости».
Воспоминания полились рекой, и я едва успевал их записывать, уже не обращая внимание на то, можно писать об этом или нет. И про то, как мы играли в викингов во дворе, в футбол, в «войнушку»... Звонок застал меня за работой. Проверить на грамотность своё сочинение я не успел, но в тот момент и даже не думал об этом. Оценка уже не имела никакого значения. Я приобщился к ряду великих писателей. Я написал своё первое сочинение.
Я стал усиленно вспоминать, что произошло за лето, которое закончилось только два дня назад. Сначала мне показалось, что не произошло вообще ничего, о чём можно было бы написать, — ну, бегали, ну, куда-то ездил, но ведь ничего невероятного не происходило! А писать, по моему совершенному тогдашнему убеждению, можно было только о невероятном. Например, о том, как на нас в поезде напали инопланетяне, а я их всех скрутил и заставил катать на своей летающей тарелке! Или как мы пошли в лес, а там я нашёл высохший скелет, который указывал рукой на клад в дремучем ельнике, где была какая-нибудь разветвлённая пещера...
Так что несколько минут я предавался сладким мечтаниям. Но, увидев, как старается моя соседка по парте — отличница и задавала, я вздохнул и стал вспоминать то, что было на самом деле. Как учили, по порядку. Теперь оказалось, что событий настоящих, невыдуманных, так много, что обязательно что-нибудь пропустишь. Перед глазами у меня всё крутились почему-то банки с вареньем, что стояли у нас перед балконом, поэтому первое, что я вспомнил — как мы сочетали приятное с полезным— ездили на строящуюся дачу и собирали там ягоды.
Самое трудное оказалось — написать первую строчку. Когда я всё-таки решился уже пол-урока, и первая строчка в результате выглядела так: «Я ездил в лес за город, откуда привозил много земляники, черники, малины и костяники». Причём костянику мы вовсе не собирали, но она в лесу встречалась, и для «полноты картины» я упомянул и про неё. Естественно, я ездил не один, а с родителями, но о таком пустяке предпочёл промолчать, чтобы оставить хоть какой-то ореол своей «взрослости».
Воспоминания полились рекой, и я едва успевал их записывать, уже не обращая внимание на то, можно писать об этом или нет. И про то, как мы играли в викингов во дворе, в футбол, в «войнушку»... Звонок застал меня за работой. Проверить на грамотность своё сочинение я не успел, но в тот момент и даже не думал об этом. Оценка уже не имела никакого значения. Я приобщился к ряду великих писателей. Я написал своё первое сочинение.