Жизнь человека зависит от обстоятельств, и наглядный пример этому — судьба ВладимираДубровского, героя повести А. С. Пушкина «Дубровский». Разве мог предположить он, что станет разбойником? Никогда! Ему был уготован путь большинства людей его круга: служба в армии, женитьба на богатой невесте, отставка, жизнь в поместье. Но в одночасье привычный образ жизни рушится. Дубровский получает из дому письмо, в котором сообщается о трагедии, разыгравшейся в Кистеневке: сосед-помещик Троекуров отобрал имение у его отца. Взяв отпуск», Владимир едет в Кистеневку, чтобы выяснить, что произошло, и попытаться свое имение. Но изменить уже ничего нельзя: хозяин их поместья — Троекуров, Дубровские разорены. Не вынеся этого, умирает отец Владимира Дубровского. Троекуров, заявляя о своих правах на Кистеневку, присылает чиновников для исполнения решения уездного суда. Дубровскому остается провести в родительском доме только одну ночь — последнюю. Эти часы — самые трагические в его жизни. «Итак, все кончено, — сказал он сам себе, — еще утром имел я угол и кусок хлеба. Завтра должен я буду оставить дом, где я родился и где умер мой отец, виновнику его смерти и моей нищеты». Все, что дорого Владимиру, останется врагу и станет предметом насмешек его псарей и приказчиков: и этот портрет матери «в белом утреннем платье», и ее письма к отцу, такие нежные и искренние. Нет, он не мог допустить этого: «Владимир стиснул зубы, страшные мысли рождались в его уме»: пусть лучше все сгорит, чем достанется Троекурову. Дубровский понимает, что поджог дома — шаг, после которого ему уже не вернуться к обычной жизни. Но и оставить все, как есть, он не может. Все кончено! Решение принято! И утром «только груды углей без пламени» напоминали отрагедии, разыгравшейся ' в Кистеневке. Через некоторое время в губернии появились разбойники, которые «грабили помещичьи дома и предавали их огню». «Начальник шайки славился умом, отважностью и каким-то великодушием». Это был Дубровский. Мне очень жаль, что Владимиру Дубровскому пришлось стать разбойником.
Дубровскому остается провести в родительском доме только одну ночь — последнюю. Эти часы — самые трагические в его жизни. «Итак, все кончено, — сказал он сам себе, — еще утром имел я угол и кусок хлеба. Завтра должен я буду оставить дом, где я родился и где умер мой отец, виновнику его смерти и моей нищеты». Все, что дорого Владимиру, останется врагу и станет предметом насмешек его псарей и приказчиков: и этот портрет матери «в белом утреннем платье», и ее письма к отцу, такие нежные и искренние. Нет, он не мог допустить этого: «Владимир стиснул зубы, страшные мысли рождались в его уме»: пусть лучше все сгорит, чем достанется Троекурову.
Дубровский понимает, что поджог дома — шаг, после которого ему уже не вернуться к обычной жизни. Но и оставить все, как есть, он не может. Все кончено! Решение принято! И утром «только груды углей без пламени» напоминали отрагедии, разыгравшейся ' в Кистеневке.
Через некоторое время в губернии появились разбойники, которые «грабили помещичьи дома и предавали их огню». «Начальник шайки славился умом, отважностью и каким-то великодушием». Это был Дубровский.
Мне очень жаль, что Владимиру Дубровскому пришлось стать разбойником.