Капитон Климов, «пьяница горький», был башмачником у старой барыни. Тургенев пишет: «Климов почитал себя существом обиженным и неоцененным по достоинству, человеком образованным и столичным, которому не в Москве бы жить, без дела, в каком-то захолустье, и если пил, как он сам выражался с расстановкой и стуча себя в грудь, то пил уж именно с горя». Когда Гаврила говорит ему, что он только хлеб даром ест, Капитон обиженно отвечает: «В этом случае, Гаврила Андреич, один мне судья: сам Господь Бог — и больше никого. Тот один знает, каков я человек на сем свете суть и точно ли даром хлеб ем». Он заявляет, что он, «однако, человек, а не какой-нибудь, в самом деле, ничтожный горшок». Он называет себя горемыкой. В женитьбе Капитон видит одно для себя удовольствие и не чувствует своей ответственности за Татьяну. Через год после женитьбы Капитон совсем спился и был вместе с женой отправлен барыней в деревню.
Капитон Климов, «пьяница горький», был башмачником у старой барыни. Тургенев пишет: «Климов почитал себя существом обиженным и неоцененным по достоинству, человеком образованным и столичным, которому не в Москве бы жить, без дела, в каком-то захолустье, и если пил, как он сам выражался с расстановкой и стуча себя в грудь, то пил уж именно с горя». Когда Гаврила говорит ему, что он только хлеб даром ест, Капитон обиженно отвечает: «В этом случае, Гаврила Андреич, один мне судья: сам Господь Бог — и больше никого. Тот один знает, каков я человек на сем свете суть и точно ли даром хлеб ем». Он заявляет, что он, «однако, человек, а не какой-нибудь, в самом деле, ничтожный горшок». Он называет себя горемыкой. В женитьбе Капитон видит одно для себя удовольствие и не чувствует своей ответственности за Татьяну. Через год после женитьбы Капитон совсем спился и был вместе с женой отправлен барыней в деревню.