Недалеко от Липино когда-то был большой омут. Течение на повороте было очень сильное и создавало страшные воронки. Спустя время река обмелела и поросла травой и тиной. Рыбачить там уже не было смысла.
Когда-то на берегу еще сильной реки ловил рыбу перевозчик Акимыч. Он войну и был ранен. После контузии при сильном волнении ему было тяжело говорить.
Вновь посетив старые места, автор встретил Акимыча, который нес на плече лопату. Он явно волновался. Зайдя за угол школьной ограды, сторож указал на куклу, которая валялась на земле. Кто-то поиздевался над ней. Похожая на ребенка, она лежала без платья, с продавленными глазами и ожогами от сигарет. Акимыч сожалел, что люди могут относиться к куклам жестоко. Брошенные игрушки, так похожие на человека, рождали в нем воспоминания о трагедии военного времени. Его сердце наполнялось скорбью от того, что истерзанная кукла, имеющая почти человеческий облик, не вызывает сострадания у людей. Взрослые и дети, проходя мимо, не обращают внимания на проявления подобной жестокости.
Акимыч похоронил куклу, будто человека и тяжело вздохнул, досадуя, что слишком много душевной слепоты и бессердечия на земле.
Недалеко от Липино когда-то был большой омут. Течение на повороте было очень сильное и создавало страшные воронки. Спустя время река обмелела и поросла травой и тиной. Рыбачить там уже не было смысла.
Когда-то на берегу еще сильной реки ловил рыбу перевозчик Акимыч. Он войну и был ранен. После контузии при сильном волнении ему было тяжело говорить.
Вновь посетив старые места, автор встретил Акимыча, который нес на плече лопату. Он явно волновался. Зайдя за угол школьной ограды, сторож указал на куклу, которая валялась на земле. Кто-то поиздевался над ней. Похожая на ребенка, она лежала без платья, с продавленными глазами и ожогами от сигарет. Акимыч сожалел, что люди могут относиться к куклам жестоко. Брошенные игрушки, так похожие на человека, рождали в нем воспоминания о трагедии военного времени. Его сердце наполнялось скорбью от того, что истерзанная кукла, имеющая почти человеческий облик, не вызывает сострадания у людей. Взрослые и дети, проходя мимо, не обращают внимания на проявления подобной жестокости.
Акимыч похоронил куклу, будто человека и тяжело вздохнул, досадуя, что слишком много душевной слепоты и бессердечия на земле.