Посетив спустя годы реку своего детства, Волгу, и услышав на ней, как в прежние времена, поэт предается воспоминаниям. В них и сыновняя любовь восторженного юноши к родной реке, и обещания никогда не расставаться с ней: О Волга… колыбель моя. Любил ли кто тебя, как я? Тогда я думать был готов, Что не уйду я никогда С песчаных этих берегов. Поэт вспоминает, как однажды, гуляя по берегам родной реки, он услышал жалобные стоны. Открывшаяся взору картина поразила его: Почти пригнувшись головой К ногам, обвитым бечевой, Обутым в лапти, вдоль реки Ползли гурьбою бурлаки. Голодные, уставшие, многие больные, эти люди желали для себя одной участи — умереть. Потрясенный увиденным и услышанным, мальчик изменился, в нем как будто что-то оборвалось — теперь река не казалась ему такой красивой и приветливой, как прежде, а гулять по ее берегам не доставляло никакой радости: О, горько, горько я рыдал, Когда в то утро я стоял На берегу родной реки, И в первый раз ее назвал Рекою рабства и тоски!.. Река для поэта, словно живое существо, теперь была виновна в трагических судьбах обездоленных людей. Из любимой она превратилась в «реку рабства и тоски».
