«Учти, Эдик, — говорил он. — Один Аллах ведает, куда девается искра у этого выродка славной семьи двигателей внутреннего сгорания. Да отсохнет его карбюратор во веки веков!»
— Этнографическая экспедиция. — Понятно. Нефть ищете?
— Тебе нужен тост? — Да. — А тост без вина — это как брачная ночь без невесты.
Мой прадед говорил: «Имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но не имею желания». Так выпьем за то, чтобы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями.
— И вот когда вся стая полетела зимовать на юг, одна маленькая, но гордая птичка сказала: «Лично я полечу прямо на Солнце!» И она стала подниматься все выше и выше, очень скоро обожгла себе крылья и упала на самое дно самого глубокого ущелья. Так выпьем за то, чтобы никто из нас, как бы высоко ни летал, никогда не отрывался бы от коллектива. Что случилось, дорогой? — Что, что такое, дорогой? — Птичку жалко.
И принцесса от злости повесилась на собственной косе, потому что он совершенно точно сосчитал, сколько сора в мешке, сколько капель в море и сколько звезд на небе. Так выпьем же за кибернетику!
Так вот, как говорит наш замечательный сатирик Аркадий Райкин, женщина — друг человека.
— … Затем на развалинах часовни… — Простите, часовню тоже я развалил? — Нет, это было до вас. В XIV веке.
Вы сюда приехали, чтобы записывать сказки, понимаете ли, а мы здесь работаем, чтобы сказку сделать былью, понимаете ли.
А ты не путай свою личную шерсть с государственной.
Это же вам не лезгинка, а твист!
Баранов в стойло, холодильник в дом.
Между прочим, в соседнем районе жених украл члена партии.
Тот, кто нам мешает, тот нам и Бамбарбия. Киргуду. — Что он сказал? — Он говорит: если вы откажетесь, он вас зарэжет.
Будешь жарить шашлык из этого невеста, не забудь пригласить.
— Скажи, прокурор у вас? — У нас, у нас, весь город у нас. Только вас ждали.
Да, белый, горячий. Совсем белый.
Я объявляю голодовку. И теперь никто, кроме прокурора, сюда не войдет.
Идите, идите, мы вас вылечим. Алкоголики — это наш профиль.
— Могу я видеть прокурора? — Можете. Где у нас прокурор? — В шестой палате, где раньше Наполеон был.
Или я ее веду в ЗАГС, или она меня ведет к прокурору.
Не беспокойся. В МОРГе тебя переоденут.
За то, что ты хотел опозорить наш род, ты умрешь, как позорный шакал!
Да здравствует наш суд! Самый гуманный суд в мире!
«Учти, Эдик, — говорил он. — Один Аллах ведает, куда девается искра у этого выродка славной семьи двигателей внутреннего сгорания. Да отсохнет его карбюратор во веки веков!»
— Этнографическая экспедиция.
— Понятно. Нефть ищете?
— Тебе нужен тост?
— Да.
— А тост без вина — это как брачная ночь без невесты.
Мой прадед говорил: «Имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но не имею желания». Так выпьем за то, чтобы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями.
— И вот когда вся стая полетела зимовать на юг, одна маленькая, но гордая птичка сказала: «Лично я полечу прямо на Солнце!» И она стала подниматься все выше и выше, очень скоро обожгла себе крылья и упала на самое дно самого глубокого ущелья. Так выпьем за то, чтобы никто из нас, как бы высоко ни летал, никогда не отрывался бы от коллектива. Что случилось, дорогой?
— Что, что такое, дорогой?
— Птичку жалко.
И принцесса от злости повесилась на собственной косе, потому что он совершенно точно сосчитал, сколько сора в мешке, сколько капель в море и сколько звезд на небе. Так выпьем же за кибернетику!
Так вот, как говорит наш замечательный сатирик Аркадий Райкин, женщина — друг человека.
— … Затем на развалинах часовни…
— Простите, часовню тоже я развалил?
— Нет, это было до вас. В XIV веке.
Вы сюда приехали, чтобы записывать сказки, понимаете ли, а мы здесь работаем, чтобы сказку сделать былью, понимаете ли.
А ты не путай свою личную шерсть с государственной.
Это же вам не лезгинка, а твист!
Баранов в стойло, холодильник в дом.
Между прочим, в соседнем районе жених украл члена партии.
Тот, кто нам мешает, тот нам и Бамбарбия. Киргуду.
— Что он сказал?
— Он говорит: если вы откажетесь, он вас зарэжет.
Будешь жарить шашлык из этого невеста, не забудь пригласить.
— Скажи, прокурор у вас?
— У нас, у нас, весь город у нас. Только вас ждали.
Да, белый, горячий. Совсем белый.
Я объявляю голодовку. И теперь никто, кроме прокурора, сюда не войдет.
Идите, идите, мы вас вылечим. Алкоголики — это наш профиль.
— Могу я видеть прокурора?
— Можете. Где у нас прокурор?
— В шестой палате, где раньше Наполеон был.
Или я ее веду в ЗАГС, или она меня ведет к прокурору.
Не беспокойся. В МОРГе тебя переоденут.
За то, что ты хотел опозорить наш род, ты умрешь, как позорный шакал!
Да здравствует наш суд! Самый гуманный суд в мире!