Зимний ненастный день. Внук деда Нефёда тяжело заболевает. Мальчик бредит, часто плачет и просит дать ему красные лапти. Над его постелью рыдает мать, но она ничем не может своему сыну.
Ни мать, ни Нефёд не знают, что за красные лапти просит больной мальчик. Подумав, Нефёд решает:
Значит, надо добывать. Значит, душа желает. Надо добывать.
Он хочет покрасить лапти фуксином. Для этого надо отправиться далеко от дома, в Новосёлки. Несмотря на снежную бурю, Нефёд тепло одевается и отправляется в путь. Его ждут, но до наступления ночи он не является. Домашние решают, что он там заночевал. Как только рассвело, в дверь стучат новосельские мужики — они привезли окоченевшего Нефёда, найденного ночью в поле. За пазухой Нефеда лежали новенькие ребячьи лапти и пузырёк с фуксином.
Зимний ненастный день. Внук деда Нефёда тяжело заболевает. Мальчик бредит, часто плачет и просит дать ему красные лапти. Над его постелью рыдает мать, но она ничем не может своему сыну.
Ни мать, ни Нефёд не знают, что за красные лапти просит больной мальчик. Подумав, Нефёд решает:
Значит, надо добывать. Значит, душа желает. Надо добывать.Он хочет покрасить лапти фуксином. Для этого надо отправиться далеко от дома, в Новосёлки. Несмотря на снежную бурю, Нефёд тепло одевается и отправляется в путь. Его ждут, но до наступления ночи он не является. Домашние решают, что он там заночевал. Как только рассвело, в дверь стучат новосельские мужики — они привезли окоченевшего Нефёда, найденного ночью в поле. За пазухой Нефеда лежали новенькие ребячьи лапти и пузырёк с фуксином.