Именно таким «религиозным смирением» Мережковский объясняет близость Тургенева к общеевропейской, а не только русской культуре. Пытаясь снять обвинения писателя в западничестве, критик доказывает, что Тургенев не менее русский, чем другие писатели, и в его творчестве высказана возможность культурного соединения России с Европой. По мнению критика, творчество Тургенева оказывается ближе современному поколению русских интеллигентных людей, потому что его наследие прикасается к тайне неисполненного сверхъисторического христианства, в котором исполняется заповедь «кто может вместить, да вместит»
