Каждый человек, выросший на чужбине, видит по ночам яркие и непонятные сны, далекие страны, смех и солнце, непонятную, но манящую речь. Это воспоминания, зов сердца, если хотите.
Герой М.Ю. Лермонтова Мцыри, выросший в стенах монастыря, томится от невысказанной боли. Это болит душа, душа рожденного в горах, где звенят горные реки, блестя на солнце, где гортанная речь и звучные песни, где черноглазые девушки стройны и недоступны, как серны. Ребенком был привезен он в монастырь, израненного мальчика выходили и воспитали монахи. Эти стены и вера должны были стать обителью тела и души.
Но он сбежал. Его звала родная земля. Без дорог, голодный и холодный, готовый голыми руками драться с горным барсом, он летел навстречу мечте. Его счастьем было увидеть все то, что видели глаза ребенка, что окружало его с рождения. Он родился свободным горцем, он мечтал о свободе.
Но судьба распорядилась иначе. Может, и нет того аула у горной реки, может, разметала война его сородичей по Кавказу. Мцыри сделал круг свободы, воплотив в жизнь многое, что довелось бы ему познать, живи он свободным. Схватка и любовь, путешествия и лишения, красота и неприступность гор - все это пронеслось перед юношей в несколько дней. Он истощился так, как истощила бы его полная жизнь. Но умирал он в стенах монастыря счастливым. Он познал свободу.
Каждый человек, выросший на чужбине, видит по ночам яркие и непонятные сны, далекие страны, смех и солнце, непонятную, но манящую речь. Это воспоминания, зов сердца, если хотите.
Герой М.Ю. Лермонтова Мцыри, выросший в стенах монастыря, томится от невысказанной боли. Это болит душа, душа рожденного в горах, где звенят горные реки, блестя на солнце, где гортанная речь и звучные песни, где черноглазые девушки стройны и недоступны, как серны. Ребенком был привезен он в монастырь, израненного мальчика выходили и воспитали монахи. Эти стены и вера должны были стать обителью тела и души.
Но он сбежал. Его звала родная земля. Без дорог, голодный и холодный, готовый голыми руками драться с горным барсом, он летел навстречу мечте. Его счастьем было увидеть все то, что видели глаза ребенка, что окружало его с рождения. Он родился свободным горцем, он мечтал о свободе.
Но судьба распорядилась иначе. Может, и нет того аула у горной реки, может, разметала война его сородичей по Кавказу. Мцыри сделал круг свободы, воплотив в жизнь многое, что довелось бы ему познать, живи он свободным. Схватка и любовь, путешествия и лишения, красота и неприступность гор - все это пронеслось перед юношей в несколько дней. Он истощился так, как истощила бы его полная жизнь. Но умирал он в стенах монастыря счастливым. Он познал свободу.