Повесть А. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» была опубликована в 11 номере журнала «Новый мир» в 1962 году, после чего автор её в одночасье стал всемирно известным писателем. Это произведение - маленькой щель, открывающая правду о сталинских лагерях, клеточка огромного организма, который называется ГУЛАГ.
Иван Денисович Шухов, заключённый Щ-854, жил как все, точнее, как жило большинство – трудно. Он честно воевал на войне, пока не попал в плен. Но это человек, обладающий твёрдой нравственной основой, которую старались искоренить большевики. Им нужно было, чтобы в каждом классовые, партийные ценности стояли выше человеческих. Иван Денисович не поддался процессу расчеловечивания, даже в лагере он остался человеком. Что же ему устоять?
Кажется, всё в Шухове сосредоточено на одном – только бы выжить: «В контрразведке били Шухова много. И расчёт был у Шухова простой: не подпишешь – бушлат деревянный, подпишешь – хоть поживёшь ещё малость. Подписал». Да и в лагере Шухов рассчитывает каждый свой шаг. По утрам он никогда не просыпал подъёма. В свободное время пытался подработать. В течение дня герой там, где все: «…надо, чтоб никакой надзиратель тебя в одиночку не видел, а в толпе только».
Иван Денисович Шухов, заключённый Щ-854, жил как все, точнее, как жило большинство – трудно. Он честно воевал на войне, пока не попал в плен. Но это человек, обладающий твёрдой нравственной основой, которую старались искоренить большевики. Им нужно было, чтобы в каждом классовые, партийные ценности стояли выше человеческих. Иван Денисович не поддался процессу расчеловечивания, даже в лагере он остался человеком. Что же ему устоять?
Кажется, всё в Шухове сосредоточено на одном – только бы выжить: «В контрразведке били Шухова много. И расчёт был у Шухова простой: не подпишешь – бушлат деревянный, подпишешь – хоть поживёшь ещё малость. Подписал». Да и в лагере Шухов рассчитывает каждый свой шаг. По утрам он никогда не просыпал подъёма. В свободное время пытался подработать. В течение дня герой там, где все: «…надо, чтоб никакой надзиратель тебя в одиночку не видел, а в толпе только».