Что и жизнь в такой тревоге! Он хочет покоя, но не в состоянии добиться его своими силами, так как слаб, ленив, то спит, то в забытьи. Он щедр на пышные обещания, не задумываясь об их исполнении (Горы золота сулит). Увидев мертвых сыновей, Дадон по ритуалу воет (Пушкин включает несколько строк причитания), но в нем живы инстинкты сластолюбца, которые сильнее всего. Перед шамаханской царицей он замирает как пред солнцем птица ночи, а потом кощунственно наслаждается ее красотой, пирует над трупами сыновей. Далее еще глубже разоблачается внутреннее уродство Дадона. Его второй диалог с мудрецом обнажает грубое, неблагодарное сердце, злоупотребление властью («Полно, знаешь ли кто я?», «Убирайся, цел пока; Оттащите старика!»), гневливость:
