Отношение Печорина к Мери противоречиво. Печорин уверяет себя в бестрепетности. «Из жизненной бури, - говорит он Вернеру перед дуэлью, - я вынес только несколько идей – и не одного чувства. Я давно уже живу не сердцем, а головой. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия» . Казалось бы, отношение с Мери совершенно подтверждают это представление Печорина о себе и свидетельствует о безжалостной холодности, жесткости его игры. Но Печорин не так бесстрастен, как рекомендуется. Несколько раз он чувствует себя увлеченным, даже взволнованным. «Жалкая и гадкая роль» Печорина в отношения с Мери осуждена им самим, и это подчас мешает увидеть, что при всем не благородстве интриги Печорин совершил удивительное: Кукольная барышня стала живым, хотя и страдающим, человеком. «Орудием казни» он остается даже в отношениях с Верой, которую – единственную – любит, хотя и разлучен с нею. Не будь развивающегося параллельно с историей княжны романа с Верой, мы бы были убеждены в бездушии Печорина, в его не любить. Но отношение с Верой подчеркивают, что Печорин, вопреки своему убеждению безумствовать под влиянием страсти» . Вера входит в роман как напоминание о «благотворных бурях» молодости Печорина и как жертва его странного характера. «Глубокие и спокойные глаза» Веры, знающей чувство и страдание, так не похожи на «бархатные глаза» еще не чем не волнуемой княжны. Вера любит сильно и искренне. «Упрек» , «Глубокое отчаяние» и пылкость – вот живое движение ее чувств на протяжении нескольких минут встречи с Печориным в гроте. И Печорин, хотя он без гордости говорит, что «ни когда не делался рабом любимой женщины» , с удивлением замечает в себе трепет и боль. Под влиянием этой первой встречи с Верой в Пятигорске Печорин записывает: «Она вверилась мне снова с прежней беспечностью, - и я ее не обманул: она – единственная женщина в мире, которую я не силах был бы обмануть» . Тем не менее Печорин признает и глубину натуры Веры: «…это одна женщина, которая меня поняла совершенно, со всеми моими мелкими слабостями, дурными страстями… » Вера видит не только их : «… в твоей природе есть что-то особенное, что-то гордое и таинственное… никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами, и никто не может быть так истинно не счастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном» . Справедливость этих слов и жесткость логики жизни, которая разводит Веру и Печорина, подчеркнутая местом эпизода с письмом в повести. Только что убит Грушницкий. Печорин обессилен душевно, и новый удар – потеря Веры – обрушивается на него, как невыносимое потрясение. Не найдя гармонии в человеческих отношениях, Печорин отдается величавой и ничем не нарушаемой гармонии природы.
«Жалкая и гадкая роль» Печорина в отношения с Мери осуждена им самим, и это подчас мешает увидеть, что при всем не благородстве интриги Печорин совершил удивительное: Кукольная барышня стала живым, хотя и страдающим, человеком.
«Орудием казни» он остается даже в отношениях с Верой, которую – единственную – любит, хотя и разлучен с нею. Не будь развивающегося параллельно с историей княжны романа с Верой, мы бы были убеждены в бездушии Печорина, в его не любить. Но отношение с Верой подчеркивают, что Печорин, вопреки своему убеждению безумствовать под влиянием страсти» .
Вера входит в роман как напоминание о «благотворных бурях» молодости Печорина и как жертва его странного характера. «Глубокие и спокойные глаза» Веры, знающей чувство и страдание, так не похожи на «бархатные глаза» еще не чем не волнуемой княжны. Вера любит сильно и искренне. «Упрек» , «Глубокое отчаяние» и пылкость – вот живое движение ее чувств на протяжении нескольких минут встречи с Печориным в гроте. И Печорин, хотя он без гордости говорит, что «ни когда не делался рабом любимой женщины» , с удивлением замечает в себе трепет и боль.
Под влиянием этой первой встречи с Верой в Пятигорске Печорин записывает: «Она вверилась мне снова с прежней беспечностью, - и я ее не обманул: она – единственная женщина в мире, которую я не силах был бы обмануть» .
Тем не менее Печорин признает и глубину натуры Веры: «…это одна женщина, которая меня поняла совершенно, со всеми моими мелкими слабостями, дурными страстями… » Вера видит не только их : «… в твоей природе есть что-то особенное, что-то гордое и таинственное… никто не умеет лучше пользоваться своими преимуществами, и никто не может быть так истинно не счастлив, как ты, потому что никто столько не старается уверить себя в противном» .
Справедливость этих слов и жесткость логики жизни, которая разводит Веру и Печорина, подчеркнутая местом эпизода с письмом в повести. Только что убит Грушницкий. Печорин обессилен душевно, и новый удар – потеря Веры – обрушивается на него, как невыносимое потрясение. Не найдя гармонии в человеческих отношениях, Печорин отдается величавой и ничем не нарушаемой гармонии природы.