Ж. Александра — это не биография, в которой полно, подробно, последовательно повествуется о всей жизни князя. Автор отбирает только самые значительные события (битва со шведами на Неве, освобождение Пскова, Ледовое побоище, поход в литовские земли, дипломатические отношения с Ордой и папой римским), которые воссоздают героический образ князя-воина, доблестного полководца и мудрого политика. С исторической точки зрения в Ж. много неточностей. Например, шведский король не принимал участия в походе 1240 г. и битве на Неве, во время набега на Суздальскую землю в 1252 г. ханом Золотой Орды был Сартак, а не Батый. В Ж. нет ни одной даты, события порой описываются без необходимой конкретизации: из Ж. не сразу ясно, кто такой “король страны Римской из полуночной земли”, о каком городе, построенном некими “от Западной стороны”, идет речь и т. д. Но не эти подробности были важны для автора, а впечатление, производимое его героем. История и сама деятельность Александра Ярославича в Ж. предстает в преображенном виде, не столько в своих конкретных проявлениях и событиях, сколько в вечной сущности, не в житейских подробностях, а в житийном облике.
Ж. Александра — это не биография, в которой полно, подробно, последовательно повествуется о всей жизни князя. Автор отбирает только самые значительные события (битва со шведами на Неве, освобождение Пскова, Ледовое побоище, поход в литовские земли, дипломатические отношения с Ордой и папой римским), которые воссоздают героический образ князя-воина, доблестного полководца и мудрого политика. С исторической точки зрения в Ж. много неточностей. Например, шведский король не принимал участия в походе 1240 г. и битве на Неве, во время набега на Суздальскую землю в 1252 г. ханом Золотой Орды был Сартак, а не Батый. В Ж. нет ни одной даты, события порой описываются без необходимой конкретизации: из Ж. не сразу ясно, кто такой “король страны Римской из полуночной земли”, о каком городе, построенном некими “от Западной стороны”, идет речь и т. д. Но не эти подробности были важны для автора, а впечатление, производимое его героем. История и сама деятельность Александра Ярославича в Ж. предстает в преображенном виде, не столько в своих конкретных проявлениях и событиях, сколько в вечной сущности, не в житейских подробностях, а в житийном облике.