Тургенев наделил Базарова нетерпимостью ко всему не потому, что он искажал действительность. В действительности были такие «нигилисты» в русской жизни, и писатель всеми силами души, всем своим талантом стремился предупредить своих читателей о драматических последствиях пренебрежительного отношения к тем духовным ценностям, которые были выработаны в Ведь и природа не только мастерская, как утверждает Базаров, но и храм. Речь идет вообще обо всей полноте человеческого существования, человеческих взаимоотношений, о любви, которую Базаров попытался, было свести к физиологии, но именно тут-то и потерпел самое сокрушительное поражение, потому что редко кто из тургеневских героев смог достойно пройти испытание любовью. Базаров не был здесь исключением, хотя его поражение, естественно, зависело от совершенно иных причин, чем, например, поражение Рудина. Вот почему в последние годы советские литературоведы выдвигают на первый план в романе Тургенева очень важную и сегодня идею органической преемственности культурных ценностей в ходе смены одних поколений другими.
Тургенев наделил Базарова нетерпимостью ко всему не потому, что он искажал действительность. В действительности были такие «нигилисты» в русской жизни, и писатель всеми силами души, всем своим талантом стремился предупредить своих читателей о драматических последствиях пренебрежительного отношения к тем духовным ценностям, которые были выработаны в Ведь и природа не только мастерская, как утверждает Базаров, но и храм. Речь идет вообще обо всей полноте человеческого существования, человеческих взаимоотношений, о любви, которую Базаров попытался, было свести к физиологии, но именно тут-то и потерпел самое сокрушительное поражение, потому что редко кто из тургеневских героев смог достойно пройти испытание любовью. Базаров не был здесь исключением, хотя его поражение, естественно, зависело от совершенно иных причин, чем, например, поражение Рудина. Вот почему в последние годы советские литературоведы выдвигают на первый план в романе Тургенева очень важную и сегодня идею органической преемственности культурных ценностей в ходе смены одних поколений другими.