Учительница в школе нам его смысл объясняла так: Гринев, дескать, со своей дворянской ограниченностью не может понять широкую натуру Пугачева, ответ его – не в лад и невпопад, и Пугачев промолчал, поняв, какая меж ними пропасть.
Выяснилось (впрочем, и раньше подозревалось) , что учительница не сама это придумала. В пособии для учителей, изданном в застойные времена, читаем: «Пугачев идет на отчаянный риск… Его широкая натура чужда компромиссных решений… Абстрактный гуманизм Гринева выглядел по меньшей мере наивным, Пугачев мог бы без особого труда опровергнуть его возражения. Но, желая показать масштабность личности Пугачева, Пушкин… как бы дает понять читателю, что вождь восстания умел прислушиваться к суждениям, которые шли вразрез с его собственными представлениями» .
Таким образом, по законам классовой советской морали выходило, что отчаянный риск Пугачева, то есть самозванство и последовавшие за этим преступления, есть правильная линия поведения. Царем назвался – так ведь и был подлинным народным царем.
Выяснилось (впрочем, и раньше подозревалось) , что учительница не сама это придумала. В пособии для учителей, изданном в застойные времена, читаем: «Пугачев идет на отчаянный риск… Его широкая натура чужда компромиссных решений… Абстрактный гуманизм Гринева выглядел по меньшей мере наивным, Пугачев мог бы без особого труда опровергнуть его возражения. Но, желая показать масштабность личности Пугачева, Пушкин… как бы дает понять читателю, что вождь восстания умел прислушиваться к суждениям, которые шли вразрез с его собственными представлениями» .
Таким образом, по законам классовой советской морали выходило, что отчаянный риск Пугачева, то есть самозванство и последовавшие за этим преступления, есть правильная линия поведения. Царем назвался – так ведь и был подлинным народным царем.